ВЛАДЫКА ЗЕВС - ВОПЛОЩЕНИЯ
ВСЕДЕРЖИТЕЛЬ - Спас Вседержи́тель ПАНТОКРАТОР

Вседержи́тель — 1) имя Бога, смысл которого состоит в том, что всё существующее, видимый и невидимый мир, содержится Божественной властью и всемогуществом; понятие Вседержитель сближается по значению с понятием «Царь царствующих, Господь господствующих» (1Тим.6:15); 2) любое Владычное действие, инициируемое Богом Отцом, проистекает через Единородного Сына.

Является одним из создателей Библии.

Эпитет «Вседержитель», выражает догмат Боговоплощения: титул Вседержителя относится в полной мере и к Божественной, и к человеческой природе Спасителя.

Именование греч. Κύριος παντοκράτωρ неоднократно встречается в Ветхом Завете: «Господи Вседержителю, Боже Израиля!» (Вар. 3:1), «Царь всесильный, высочайший, Бог Вседержитель» (3Мак. 6:2), «во власти Господа вседержителя врата смерти»(Пс. 67:21).

Апостол Павел во 2-м послании к Коринфянам пишет: «И буду вам Отцом, и вы будете Моими сынами и дщерями, говорит Господь Вседержитель» (2Кор. 6:18). Дважды это имя использует в Откровении Иоанн Богослов:

Я есмь Альфа и Омега, начало и конец, говорит Господь, Который есть и был и грядет, Вседержитель
(Откр. 1:8)
Свят, свят, свят Господь Бог Вседержитель, который был, есть и грядет (Откр. )


БОГ ЗЕВС
дни почитания:
- день рождения - 7 октября
- день смерти - 17 октября



Зевс славился как всемогущий правитель, при котором жизнь богов и людей расцветала. При его правлении развивались искусства, ремесла и земледелие. Зевс сам следил за тем, чтобы правители городов правили разумно и справедливо.

Орфические гимны называют Зевса «мир обходящее око», «око справедливости», «свет жизни», «начало всего и всему завершенье

«Промысел твой, коль захочешь, природу всего переменит, смертный ли род человечий, иль мир, беспредельно широкий».

Гимн Гомера, посвящённый Зевсу:
Зевс, меж богов величайший и лучший, к тебе моя песня!
Громораскатный, владыка державный, судья возлагатель,
Любишь вести ты беседы с Фемидой, согбенно сидящей.
Милостив будь, громозвучный Кронид, - многославный великий!

Этимологий имени Зевса много:
- "то, через что все существует";
- согласно Диодору, египтяне называют Зевсом "дух" — и считают его источником жизненного духа живых существ и в этом смысле отцом всего существующего;
- эллины наделяли Зевса культовым эпитетом «Сотер» — спаситель;
- Эсхил называет Зевса Спаситель («Сотер» — «Σωτήρ — спаситель ) высшим хранителем и защитником дома, семьи и всего рода, спасителем и хранителем государства и войска в походе;
- храм Зевса Сотера (Спасителя) был воздвигнут близ моря в Пирее, как защитника мореплавателей

Древнегреческий драматург Еврипид говорит о Зевсе следующее: - "Видишь ли ты, эту необъятную величественную бесконечность, окружающую землю со всех сторон: это - Зевс, верховный бог".

На Крите Зевс почитался богом тайных сил природы, так как в его ведении стихия воздуха – ветра, громы, молнии

Все храмы, посвящённые Зевсу, были без крыш, так как бог Зевс олицетворял собой небесный свод.

В истории Зевса можно обнаружить свидетельства, схожие с библейскими. Например, рассказ о всемирном потопе, посланном Зевсом, практически, повторяет библейское повествование, только с другими действующими лицами. Когда нравственное падение людей стало таким ужасным, что землю покинули богини Верности, Справедливости, Правды, Зевс - по свидетельству легенды - решил истребить грешный человеческий род и создать новый. Поэтому он послал на землю потоп, истребивший все живое. Спаслись от потопа только двое добрых супругов - Левкалион и Пирра, от которых произошел новый род людской.

Все сказания о Зевсе и его борьбе с титанами и великанами олицетворяли представления древних народов о том, как мало-помалу порядок, нравственные законы, сознательная и умственная жизнь одерживали верх над странными, необузданными силами природы. Титаны и великаны ввергаются Зевсом в Тартар, потому что на земле уж нет места беззаконной и беспричинной силе. Эта победа была победой пробуждающегося ясного сознания ума и духа. Зевс, как высший бог, олицетворял идею духовной и умственной сущности человека. Он является в мифах греков и римлян не богом, созидающим вселенную, а богом-устроителем. Он – охранитель порядка, созидатель общества и общественных учреждений и законов.
Зевс – один из прародителей человечества, вседержитель мира небесного, земного и подземного:

...Ты, из бессмертных славнейший, всесильный и многоименный,
Зевс, произведший природу и правящий всем по закону!
Зевсу привет мой! Тебя всем смертным хвалить подобает,
Мы — порожденье твое, и все твой образ мы носим,
Смертные все, что живем на земле и ее попираем.
Вот почему твою мощь восхваляю и петь буду вечно.
Все мироздание это, что землю обходит кругами,
Движется волей твоей, тебе повинуясь охотно.
Держишь в своих ты руках, никогда пораженья не знавших,
Молнии блеск огневой, ослепительный, вечно живущий,
Молнии той, чей удар в смятенье ввергает природу;
Этим огнем направляешь по миру ты разум всеобщий,
Всюду проносится он, меж светил великих и малых.
Ты повелитель всего, над всем величайший владыка.
Нет ничего на земле, что помимо тебя бы возникло,
Нет ни в эфире небесном, ни в моря глубокой пучине,
Кроме того, что безумцы в своем безрассудстве свершают.
Ты же умеешь, однако, соделать нечетное четным,
Дать безобразному вид, у тебя и немилое мило.
Ты согласуешь в единстве дурное совместно с хорошим,
Так что рождается разум, всеобщий и вечно живущий,
Разум, чья сила страшна одним лишь дурным среди смертных;
В зависти злобной они стремятся к владениям добрых,
Общий священный закон не видят, ему не внимают;
Если б ему покорились, то жили бы честно, разумно.
Ныне ж пылают одни необузданной жаждою славы;
Эти стремятся лукаво к наживе бесчестной, иные
Преданы только распутству и, тело свое ублажая,
Ищут одних наслаждений, взамен же страданье находят.
Ты же, о Зевс, всех даров властелин, темнокудрый, громовый,
Дай человеку свободу от власти прискорбной незнанья;
Ты изгони из души неразумье и путь укажи нам
К мудрости вечной, с которой ты правишь над всем справедливо,
Честь от тебя восприяв, и тебе будем честь воздавать мы,
Вечно твои воспевая деянья, как смертному должно.
Нет награжденья прекрасней для смертных и нет для бессмертных,
Кроме как общий закон восхвалять и чтить справедливость...
Комментарий к переводу Д.С. Недовича

укротил землеродных… – Землеродными называли Гигантов, божественных существ, которые, как считалось, были рождены Геей-Землёй, из-за чего и получили такой эпитет. Согласно мифологической традиции, Гиганты восстали против богов-олимпийцев, но боги во главе с Зевсом в схватке одержали верх над Гигантами и истребили их.

Как же его воспевать – как Диктейского иль как Ликейца? – Зевс Диктейский назван так по имени горы Дикты на Крите, где он, по мифам, был рождён. Другая мифологическая традиция утверждала, что Зевс появился на свет на горе Ликей в Аркадии.

расходятся слухи о родине бога – горы Дикта и Ликей являются не единственными, претендовавшими называться родиной бога. Мест, где, по преданиям, Зевс был рождён и воспитан, по свидетельству греческого писателя Павсания (Paus. IV 33, 1), было неисчислимо много, и располагались они не только на Крите или в Аркадии, но и за их пределами (в Мессении, Ахайе, Олимпии, Беотии, некоторых областях Малой Азии и даже в Палестине).

на идейских вершинах – горный массив на Крите с самой высокой горой острова – Идой, куда новорожденный Зевс, как гласят мифы, был перенесён после рождения и тайно воспитывался.

Аркадия – центральная область Пелопоннеса в материковой части Греции, на Балканах.

Критяне лживы всегда – возможно, цитата из Эпименида, которого иногда греки причисляли к семи мудрецам, или начало какой-то пословицы

даже гроб тебе, царь, смастерили… - на Крите существовал миф о смерти Зевса и даже показывалась его могила на горе Юкте (Юктас). Современнной наукой признаётся, что представления о смерти богов не характерны для классической греческой (олимпийской) мифоритуальной системы и восходят к верованиям догреческого населения Крита. Поэтому, возможно, в представлении о смерти Зевса сохранились следы древнейшего религиозного культа, негреческого по происхождению. Можно полагать, именно этим объясняется недоумение и ирония Каллимаха при упоминании этого мифологического мотива. Необходимо также отметить, что на Иде ежегодно проводились религиозные празднества в честь рождения Зевса; там же находился трон, который ежегодно подновляли для юного бога, приход которого ожидали. Такие представления – о смерти и рождении (возрождении) – свойственны мифам об умирающих и воскресающих божествах, культы которых особенно широко были распространены на древнем Ближнем Востоке. Не исключено, что здесь мы имеем указания на реликты таких же представлений в мифологии Зевса, происхождение которых не связано с греками.

Рея – богиня-титанида, мать Зевса.

Паррасия – гора в Аркадии, по имени которой позднее была названа окружающая её область с восемью городами.

место стало святым – по греческим религиозным представлениям место, где произошло какое-либо событие, связанное с присутствием божества, становилось святым. Так, дом, в котором погибла Семела, мать Диониса, когда к ней явился Зевс в образе молнии, или подземное жилище Данаи, куда проник Зевс в виде золотого дождя, почитались как священные и доступ в них был запрещён.

и ни зверь ни один, что нуждается в родах, к месту тому не придёт, ни жена ни одна… - согласно греческим представлениям, священные места нельзя было осквернять, поэтому беременные женщины туда не допускались, так как роды считались оскверняющим актом. Не допускались также старики и больные. Подобный обычай существовал и в других местах. Например, такие "нечистые" люди не допускались на остров Делос, священное место Аполлона, где бог появился на свет.

Апиданцы – это архаизм, специально введённый Каллимахом в гимн для придания ему большего колорита. Полуостров Пелопоннес в древности назывался Апидой, а древнейшие жители его – апиданы (апиданцы).

Стала искать она ключ родниковый, в котором могла бы нечистоту свою смыть от родов и обмыть тебе тельце… - процесс родов у греков связывался с представлениями о ритуальной нечистоте, поэтому после него и мать, и дитя нуждались в избавлении от скверны. Вода же считалась лучшим средством для очищения, причём именно родниковая (ключевая) или пресная вода (а не солёная морская).

Ладон, Эриман (Эриманф), Иаон, Мелас (Меланф), Карион, Метопа, Крафиса – перечисляются реки, ручьи и источники, протекавшие по территории Аркадии. Эта деталь введена Каллимахом для демонстрации широты своих познаний не только в области мифологии, но и других наук, в частности, географии.

поднявши свою величавую руку, стукнула гору жезлом – широко расступилась вершина надвое и источила великий поток… - распространённый мифологический мотив, согласно которому вода добывается путём ударения о скалу жезлом при помощи божества или благодаря владению особыми знаниями или силой (ср., например, Моисей, извлекающий воду из скалы во время странствия по пустыне).

Неда – нимфа одноимённой реки в Аркадии, океанида (дочь титана Океана); почиталась как главная воспитательница Зевса-младенца в аркадском культе бога.

Нимфа – женское божество, олицетворение природных сил (рек, ручьёв, источников, озёр, гор и т.д.).

критский тайник – пещера, в которой был спрятан Зевс-младенец от преследований Крона и тайно воспитывался. Здесь, скорее всего, имеется в виду Идейская пещера.

Стикса с Филирой – нимфы-океаниды. Стикс (Стикса) является нимфой одноимённой реки, протекающей в подземном царстве мёртвых. Филира почиталась как мать мудрого кентавра Хирона.

Кавконы – племя, обитавшее в древности на Пелопоннесе и уже исчезнувшее в историческое время.

Лепрейон – город в области Трифилия на Пелопоннесе.

Слился поток тот с Нереем… - Нерей – морской старец, обитавший в море, отец нереид. Река Неда впадает в Ионическое море.

Род Ликаонской медведицы пьёт (и потомки Аркада)… - по мифам считалось, что аркадяне являются потомками героя Аркада, который родился от союза Зевса и нимфы Каллисто. Зевс, пожелавший скрыть возлюбленную от своей ревнивой супруги Геры, превратил Каллисто в медведицу. По другой версии мифа, Гера это сделала сама или уговорила на это Артемиду.

Фены – город на Крите.

Кносс – город на Крите, был столицей островной державы в минойское время.

Ты потерял свой пупок… - согласно версии, изложенной греческим историком Диодором Сицилийским, когда Куреты уносили новорожденного Зевса в недоступную пещеру на Крите, у божественного ребёнка отпал пупок. Место, где это случилось, получило название Омфала (Пупа), а вся окружающая равнина – Омфалийского (Пупового) поля (Diod. V 70, 4).

Кидонцы – одно из племён, населявшее западную часть Крита, в районе города Кидонии.

корибанты – мифологические существа, служители фригийской богини Кибелы, культ которой носил оргиастический характер. Греки часто путали их с Куретами, причём путаница эта наблюдается уже в ранних текстах. Данное обстоятельство говорит о том, что эти божества являются очень древними, и греки сами не знали, в чём состоит различие между ними.

Нимфы Диктеи – нимфы, обитавшие в Диктейских горах и являвшиеся их олицетворением. Мелеи (Мелии, Мелиады) – дословно "ясеневые" нимфы; считались рождёными Геей из капель крови оскоплённого Урана. Мелийские нимфы являются олицетворением дерева ясеня, из которого греки делали древки копий. Многие мифологические герои, и в частности, Ахилл, имели такие копья. Кроме Каллимаха, кажется, никто из античных авторов не называет их воспитательницами юного Зевса.

Адрастея – нимфа, воспитательница Зевса, сестра Куретов.

в золотую корзину спать… кладёт – существовал миф о том, что Адрастея подвесила корзину-колыбель в младенцем Зевсом на дереве, чтобы его нельзя было найти ни на небе, ни на земле, ни в море.

коза Амалфея – божественная коза, дочь бога Гелиоса, молоком которой питался божественный младенец Зевс. Позднее бог в благодарность за заботу о нём вознёс козу Амалфею в виде созвездия на небо.

пчела Панакрида – пчела с гор Панакров.

Панакры – дословно "самые высокие горы". Имеются в виду Идейские горы, тка как они считались самыми высокими на Крите.

Куреты – мифологические существа, охранявшие Зевса-младенца на Крите. Позднее куретами назывались жрецы юного бога, обряды которых сопровождались шумом, громкими танцами с оружием в руках, что понималось как воспоминание о тех средствах, которые Куреты употребляли для защиты Зевса.

Крон – бог-титан, отец Зевса.

братья твои – имеются в виду Посейдон и Аид.

аэды – исполнители эпических песен. Их деятельность связана с народным творчеством. Они не только исполняли чужой текст, но и сами являлись авторами, то есть выступали и как поэты. Свои произведения они исполняли под аккомпанемент струнного инструмента – лиры, форминги или кифары. Греческие аэды являются аналогом певцов-сказителей русских былин (например, легендарный Боян). Аэдов следует отличать от рапсодов. Рапсоды лишь исполняли готовые поэмы, но сами не являлись создателями новых произведений, при этом они не пели поэмы, а декламировали их в торжественной обстановке: на праздниках, состязаниях. Сведения о рапсодах появляются только в VI в. до н.э. (аэды известны уже в поэмах Гомера), и начало их деятельности относится к тому времени, когда оригинальное поэтическое творчество аэдов стало приходить в упадок.

три Кронова сына делились по жребью… - указание на известный миф, изложенный Гомером в "Илиаде" (Hom. Il. XV 187-193), о разделении сфер владычества между Зевсом и его братьями.

Олимп – гора в Фессалии, место пребывания олимпийских богов.

Ад – или Аид, подземное царство мёртвых.

твоя сила и мощь, что у царского трона… - сила и мощь почитались не только как достоинства Зевса, но также персонифициривались как олицетворения этих качеств в образах божественных существ, стоявших у трона бога на Олимпе. В трагедии Эсхила "Прометей Прикованный" Сила и Мощь вместе с Гефестом приковывают Прометея к скале, но в целом как в мифологии, так и в религии древних греков они не играют практически никакой роли.

Ты поручил возвещать свои знаменья… - замыслы Зевса хоть и не были известны простым смертным, но они не считались непостижимыми, тайными. Считалось, что бог возвещает о них людям с помощью различных знамений, и людям нужно только увидеть их и правильно истолковать. Существовали оракулы бога, и находившиеся при них жрецы доносили до людей волю бога. Самый известный из таких оракулов Зевса – Додонский, где рос вековой дуб бога, и его служители, селлы, давали прорицания по шелесту листьев этого дерева и по журчанию протекавшего у его корней источника.

самой высокой птице – то есть орлу, священной птице Зевса, возвещавшей волю бога.

себе ты избрал тех, кто городом правят… - Зевс считался покровителем царей и царской власти, законов, государственных обычаев и общественной жизни.

кующих металлы Гефеста – то есть кузнецов, а также тех ремесленников, работа которых связана с огнём и/или металлами (чеканщики, ювелиры и т.п.). Гефест – бог огненной стихии, покровитель кузнечного дела.

Арея бойцов – то есть воинов. Арей (Арес) – бог войны, несущий смерть, которому были приятны кровь и насилие. В отличие от Афины, которая тоже почиталась как богиня-воительница и покровительствовала тем, кто ведёт честный бой, Арес считался богом жестокой, кровожадной войны, ведущейся вероломно, не по правилам.

ловчих Хитоны, то ж Артемиды… - Хитона – культовое прозвище Артемиды, божественной сестры Аполлона, девственной богини, покровительствующей охоте.

к Фебу относим искусников лиры… - то есть поэтов, танцоров и всех занимающихся творчеством. Феб – эпитет Аполлона, считавшегося предводителем Муз (отсюда его культовое имя Мусагет) и покровителем мусических искусств.

нынешний царь наш – имеется в виду египетский царь Птолемей II Филадельф, покровитель Каллимаха.

Кронид – эпитет Зевса, являющегося сыном Крона. Можно сказать, что это – божественное отчество Зевса (формант -ид (для существительных женского рода -ида) соответствует русскому -(в)ич).
Гимн I посвящен Зевсу. В отличие от других гимнов поэта, время его написания устанавливается достаточно точно и относится к 280-275 гг. до н.э.; в 283 г. до н.э. на престол вступил Птолемей II, и гимн стал своего рода официальной одой в честь нового царя. Однако, следует отметить, этот гимн не предназначался для исполнения во время религиозных церемоний и вообще не является религиозным по своему характеру, а предстает только как литературное произведение.

При возлияниях Зевсу - что следует песней восславить,
Как неизвечного бога, великого всех властелина,
Что укротил землеродных, закон небожителям создал?
Как же его воспевать - как Диктейского иль как Ликейца?
Сердце в сомненье: расходятся слухи о родине бога.
Зевс, говорят, будто ты был рожден на идейских вершинах;
Зевс, говорят, из Аркадии ты; кто же, отче, ошибся?
Критяне лживы всегда, даже гроб тебе, царь, смастерили
Критяне, - ты же не умер совсем и живешь бесконечно.
Рея тебя родила на Паррасии, там, где вершина
Эта покрыта кустами кругом. С того времени место
Стало святым; и ни зверь ни один, что нуждается в родах,
К месту тому не придет, ни жена ни одна. Апиданцы
Назвали гору стариннейшим ложем божественной Реи.
Там, где тобой разрешились у матери мощные недра,
Стала искать она ключ родниковый, в котором могла бы
Нечистоту свою смыть от родов и обмыть тебе тельце.
Но ведь тогда еще не протекал ни Ладон величавый,
Ни Эриман, самый чистый из рек: вся Аркадия древле
Вовсе безводной была; лишь потом хорошо орошенной
Стала она. Но в то время, как Рея тобой разрешилась,
Много дубов возвышал на теперешнем русле Иаон.
Мелас носил на себе многочисленные колесницы.
Многие звери селились в земле на верху Кариона.
Там, где потоки теперь, человек путешествовал пеший
По каменистой Метопе, по Крафисе, жаждой томимый,
Хоть под ногами его и таилась вода в изобилье.
Затруднена неудобством таким, мать-Рея сказала:
"Милая Гея, роди же и ты: легки твои роды!"
Молвила так и, поднявши свою величавую руку,
Стукнула гору жезлом - широко расступилась вершина
Надвое и источила великий поток. Тогда Рея
Тельце омыла твое и, закутав, дала тебя Неде
В критский тайник отнести, потаенное дать воспитанье.
Неда - любимая нимфа из всех помогавших при родах,
Возрастом старшая нимф других, кроме Стиксы с Филирой.
Милость немалую ей даровала богиня, назвавши
Именем Неды поток, что всегда протекал недалеко
От городища кавконов, носящего имя Лепрейон:
Слился поток тот с Нереем, и эту древнейшую воду
Род Ликаонской медведицы пьет (и потомки Аркада).
Фены оставив уже, когда нимфа несла тебя, отче
Зевс, в направлении Кносса (до Кносса от Фен недалеко),
Ты потерял свой пупок: отвалился он, демон; отсюда
Эту равнину кидонцы назвали "Пуповое поле".
Зевса тебя понесли на плечах корибантов подруги -
Нимфы Диктеи, Мелеи; тебя в золотую корзину
Спать Адрастея кладет; ты сосешь у козы Амалфеи
Тучное вымя, потом ты вкушал и от сладкого меда:
Ибо там вдруг обнаружились соты пчелы Панакриды -
Возле идейских вершин, что Панакрами прозваны были.
Быстро Куреты вокруг тебя в пляске скакали военной
И ударяли оружьем, чтоб слышали Кроновы уши
Звуки щитов, а не крики твои, подраставший младенец.
Ты хорошо подрастал и питался, о Зевс-небожитель.
Скоро ты отроком стал, и пушок на щеках появился,
Но уже в возрасте детском ты все изрекал совершенно, -
Так что и братья твои, хоть и старше тебя они были,
Не помешали тебе воцариться в небесном жилище.
Древним аэдам не полная правда известна об этом:
Думали, будто три Кронова сына делились по жребью…
Кто об Олимпе и Аде его бы мечтать согласился, -
Разве безумец какой? Лишь о равном так спорить привычно,
Эти ж уделы богов слишком разнятся собою.
Если бы лгал я, то только такое, что нравится слушать:
Вовсе не жребий содеял тебя первенствующим богом, -
Подвиги рук, твоя сила и мощь, что у царского трона.
Ты поручил возвещать свои знаменья самой высокой
Птице, и я бы хотел, чтоб, друзья, они были счастливы.
Юношей выбрал ты самых прекрасных: не в плаваньи дальнем
Опытных, или щитов потрясателей, иль песнопевцев, -
Их предоставил ты младшим богам, попечение вверив
Им о другом; а себе ты избрал тех, кто городом правят,
Тех, в коих власти умелой оружье, гребец, земледелец
И все другие ремёсла – правителям что не подвластно?
Мы, например, воспеваем кующих металлы Гефеста,
Или в оружьи Арея бойцов, или ловчих Хитоны,
То ж Артемиды; мы к Фебу относим искусников лиры,
К Зевсу же только царей, ибо Зевсу священнее прочих
Только вожди, и в уделе твоём ты им быть предназначил.
Вверил ты им охранять города, – а сам восседаешь
Сверх городов, назирая, кто правит народом разумно,
Кто же из них управляет народом посредством насилья.
Всем предоставил ты им и в обилии жить, и в богатстве,
Впрочем, не поровну всем: как свидетель, здесь может быть назван
Нынешний царь наш, во всём далеко остальных превзошедший,
Вечером он совершает дела, что поутру замыслил, –
Вечером то, что крупнее, а малое – только помыслив.
Год был бы нужен другим, а иным – не один даже; сам ты
Всё достиженье иных отнимал, прекращая их рвенье.
Радость прими же, всевышний Кронид, подающий нам благо,
Цельность дающий нам бог. Кто дела твои может восславить?
Нет и не будет таких, кто бы Зевса деянья восславил.
Радуйся, отче, и радуйся вновь! Дай нам доблесть и блага:
Доблести нет – и богатство не даст возрасти человекам,
Блага без доблести то ж. Так дай же и доблесть, и блага!


БОГ ОДИН
день рождения - 25 июня

Один - царь богов, владыка Асгарда, царства на планете Марс.
Титаны проживали и проживают до сих пор на этой планете.

Один – верховный бог, ведун и провидец, воин и мудрец, отец богов титанов, создатель сущего.
Бог Один также выполняе функции бога войны и бога победы. Один – бог военной аристократии в раннесредневековой Скандинавии.
В многочисленных скальдических сагах Одина часто называют Отец богов, конунг Асгарда, волхв Асгарда, Отец дружин, Всеотец, Всевеличайший, Высокий.
Владыка Мидгарда - миру смертных, Цасртва мертвых.

Бог Один – сын Бёра (первого аса, который в свою очередь был сыном первочеловека по имени Бури) и Бёстлы (женщины из рода инеистых великанов, которую называют матерью асов).
У Бёра и Бёстлы были и другие сыновья – Вили и Вё. Вместе с Одином они убили Имира, древнего инеистого великана, который был первым живым существом во Вселенной.
Из тела Имира Один, Вили и Вё сотворили обозримый мир.
Скандинавский бог Один имел немало легендарных потомков, самым знаменитым из которых является Тор, защитник Мидгарда, бог грома и бури. Тор был рожден от Одина и Йорд (женщина-ётун, священный образ земли у древних скандинавов). От восточной принцессы (которая также была ётуном) по имени Ринд у Одина родился сын Вали (покровитель мира растений), а от великанши Грид – сын Видар (безмолвный бог мщения).
Легендарный страж Асгарда, Хеймдаль (другое его имя – Риг) также является сыном бога Одина «и девяти матерей». Другой знаменитый потомок Одина – Тюр (однорукий бог храбрости и воинской доблести), рожденный от великанши (имя ее неизвестно), которая приходилась сестрой Гюмиру, великану из Нифльхейма, который часто путешествует вместе с асами в различных эддических сагах. При этом «официально» супругой Одина является Фригг (богиня домашнего очага). У этой пары было три сына – Бальдр Прекрасный (любимый сын Одина), Хёд (слепой бог судьбы) и Хермод («посланец богов»). Имена Одина, их толкование и происхождение

Согласно песням «Старшей Эдды» у бога Одина было множество имен, которые он неоднократно называет при самых разных обстоятельствах. Важно отметить, что это отголосок древнескандинавской традиции, который заключался в следующим. Первое имя давалось человеку при рождении, но впоследствии он мог неоднократно менять его. В частности, некоторые имена давались за воинские подвиги, другие – за достижения в ремеслах. Также в разных регионах человек мог называться разными именами, и в таком случае он использовал «не оригинальное» имя, как оберег. Скандинавы верили, что, зная имя человека, можно навести на него ворожбу или недуг. Поэтому если человек, впервые прибыв на новое место, назывался новым именем, он, таким образом, защищал себя.
Кроме того многочисленные имена Одина являются следствием уже упомянутых поэтических приемов, хейти и кеннингов, при которых объект называется не собственным именем, а иносказательно, косвенно, образно. Наиболее известны следующие имена Одина: Гримнир, Хрофт, Ганглери, Харбард, Трор и Од. Од занимает здесь особое место, потому что фактически это не имя Одина, так именовалось его смертное воплощение, которое полюбила Фрейя (см. соответствующий эддический миф). Также в «Старшей Эдде» Один говорит о том, что в разных местах его знают как Эгира, Херьяна, Хьяльмбери, Текки, Триди, Туда, Хара, Уда, Хельблинди, Свидрира, Ялька, Фьёльнира и так далее.
Всего в «Старшей Эдде» насчитывается 54 имени Одина. Каждое из этих имен имеет свою собственную этимологию, иногда – достаточно запутанную, но зачастую – вполне очевидную.
Большинство имен Одина указывают на его характерные особенности и выдающиеся черты, многие имеют дословный перевод вроде «воинственность», «мудрость», «коварство», «один глаз», «надвинутая шляпа», «седая борода»
ВЛАДЫКА АУРГЕЛЬМИР - ВОПЛОЩЕНИЯ

он же СТРИБОГ
имя «Стрибог» восходит к индоевропейскому слову *dievas-pater — «Небо-Отец»
Со временем части слова поменялись местами, а в ходе тесных контактов славян с ираноязычными племенами (скифами) часть *dievas заменилась на иранское *baga (→ праслав. *bogъ). Индоевропейское *pater перешло у славян в стрый «дядя, брат отца»

Из топонимики известны названия, образованные от имени Стрибога: село Стрибожь в Новгородской губернии, Стрибоже озеро, река Стрибожская на Киевщине, село Стрибож на Житомирщине, польское местечко Strzyboga, там же речка Striboc .

Базой и исходной точкой для большинства исследователей Стрибога является данная цитата из "Слова о полке Игореве":"Се вѣтри, Стрибожи внуци, вѣютъ съ моря стрѣлами на храбрыя плъкы Игоревы"

Стрибог (Стрый, Стриба, Ветер, Ветрыла)- бог ветра и удачи в славянской мифологии. Ветер — это то, о чем все знают, но никто его не видел. Мы видим проявления ветра, но не сам ветер. Как и удачу: она есть, но ее нельзя увидеть, в какой-то момент она приходит и все получается наилучшим образом.

Стрибог несет вдохновение, желание идти нестандартным путем – лететь, прокладывая новый путь, увидеть новые земли, ощутить новый ветер в парусах, устремиться навстречу удаче -все это ронял на землю юркими змейками-сквозняками, свежими мыслями в привычной обстановке, Стибог, пролетающий над селениями. Любопытство и интерес узнать, куда ведет ручей и почему дует ветер, желание понять почему в этом году земля уродила лучше, чем в прошлом – все это зерна любопытства, крупинки знания, нарочно оброненные богом.

В представлении древних славян бог Стрибог был стариком с посеребрёнными волосами, но не утратившим ни силу, ни широту плеч. По преданию Стрибог носил одежду исключительно светло-голубого оттенка, что подчёркивало его принадлежность к воздушному пространству. Оружием этому божеству служили лук и стрелы, изготовленные из чистого золота. Жил Стрибог на самом краю мира Прави, мало общаясь с остальными богами. Он появлялся лишь тогда, когда это было крайне необходимо. Так, например, Стрибог помог Сварогу и другим Ясуням одолеть Чернобога в изначальной битве между силами добра и зла. Он бился вместе с богом Перуном, против ужасного Спикера-Змея. Так же, Стрибог помог богу Хорсу, когда тот сражался с Месяцем.

СЕМЬЯ.
Своё начало это божество, как и большинствостарших Ясуней берёт из искр, что были высечены из камня Алатыря, ударами божественного молота Сварога Праотца. Согласно другой теории, Стрибог был рождён из дыхания самого Великого Рода. Согласно первой версии, Стрибог приходился братом Даждьбогу и Семарглу, но так как, основа имени этого бога переводится, как «дядя», или «брат отца», то можно предположить, что вторая версия является более правдивой, и Стрибог приходился Сварогу братом.

Супругой бога Стрибога называют Немизу — богиню ветров (по некоторым источникам, Немиза являлась одной из личин богини Мары, которая повелевала зимними ветрами), её ещё называли Немигой, или Варма-авой. У этой четы богов было несколько детей: Погода — тёплый и ласковый ветер, божество хорошей погоды; Подага — жаркий и иссушающий ветер, обитающий в пустыне; Посвист — самый сильный ветер, имеющий власть над бурями; Сиверко — ветер с северным и холодным нравом, не ведающий пощады; Южный ветер — игривый ветер; Восточный ветер — коварный и внезапный ветер; Западный ветер — сухой и суровый, но всё же наделённый добрым нравом; Полуденик и Полуночник — легкие ветерки, что резвятся соответственно, днём и ночью; дочь Ветрена.

«Стрибог – Бог грозный, над полями битв реющий, копьём разящий. В смерчах и ураганах – битвах воздушных – ярится Стрибог, вержет наземь дивей облачных, стрит – разит инших остриём копейным на Световидов Крест – на все четыре стороны Света. И Стезями Вещего Бога – спиралями Небесных зарений – восходит незримо во Свет, что сего Света светлей…»

Во Вселенной Стрибог – Космический Ветер, Дуновение Изначального, олицетворение Дыхания Всебога Рода, Вечной Пульсации Миров. Выдох Рода – рождение бесчисленных Вселенных, Его Вдох – Великое Возвращение всего сущего к Истоку Бытия.
Стрибожьи ветры, дующие в Поднебесной, суть земное отображение Вселенского Дыхания Рода.
В Глубиной Книге сказано:

«Оттого зачались Буйны Ветрушки – От Самого-то от Дыхания Родова… Дыхания Вечности гул в песнях ветров услышь, Древнюю Веду Древних Богов прочти – узри Вещим Оком, Мудрости Вышней отверстым. И вмиг Дуновеньем незримым сметёт Старый Бог с пробуждающейся души твоей всё наносное, всё иншее – всю маяту слепую, невежества твоего мёртвые пелены»

Имя Стрибога восходит к древнему корню «стрег» что означает «старший», «дядя по отцу». Другие исследователи объясняют происхождение имя Бога от иранского stri-boga «Возвышенный Бог» или индоевропейского «Отец-Бог».
Стрибог, Стрибо, Стриба – Бог-Отец, Старый Бог, дед ветров (соотносимый с Рудрой) является верховным царем ветров. Его почитали и как истребителя всяческих злодеяний, разрушителя злоумышлений. Стрибог – посредник между Вышним и Нижним мирами…

Даже в XIX веке на Дону мельники призывали Стрибога, которого они называли Стрыбом. Старикам помогали дети такой песней:
«Повей, Стрыбу, нам из неба,
Треба нам на завтра хлеба!»
Проходило совсем немного времени — налетал ветер, начинали вращаться крылья ветряной мельницы, а вслед за ними и жернова, перемалывающие зерна в муку.
Есть ветры земные – токи воздуха в пространстве, и есть ветры иные – токи Силы в тонком теле человека, струящиеся втайне под покровами нашей плоти, раскручивающие ветряные колёса, кои расположены вдоль оста (позвоночника) человека.
И как ветры земные доносят до Богов рекомые нами славы и воскладаемые на Огонь требы, так ветры иные доносят до Богов наши внутренние требы, приносимые нами на сокровенном внутреннем Огне.

Неизменно Стрибог был связан с благополучием, так как его сыновья гнали по небу тучи, проливающиеся дождем на нивы; наполняли ветром паруса ладьи, что уходила на промысел по реке; крутили колеса ветряных мельниц да несли обещание перемен, а уж к добру или к худу, то кто как поставит свою мельницу – то она и намелет. Стрибог давал возможности использовать свои силы, если кто мог додуматься и умел работать не только руками, но и мозгами. Додумался парус сделать крепкий – получай быструю езду, а пожадничал на материале – получай рванье вместо паруса посреди реки и греби до берега.

Разные сыновья вышли у Стрибога, разные да сильные, на друг друга непохожие, каждый сам по себе, да каждый сын своего отца.

Подага – жаркий ветер, полуденный, иссушающий, когда дует – всю влагу выдует. Пролетит Подага весной – все дороги вмиг просохнут. Подага – влагу собирает, да тучи с облаками из нее делает. А можно и на врага наслать, чтобы иссохли нивы, чтобы побился урожай, чтобы земля, как глина сухая, потрескалась.

Южный ветер – ленивый и ласковый, что сытый кот: дует неспешно, резко не начинается, постепенно нарастает. Именно он крутит лопасти мельниц ветряных, кто днем зерно в муку перемалывают, а ночью, кто ж правду скажет, что ночью те жернова мелят! Знай себе работай, да не спеши, ссыпай зерно золотое в закрома, да золотые в мошну, собирай прибытки! Да не забудь горсть муки по ветру пустить. Южный ветер – щедрый, ему ничего не жалко, всего у него в избытке имеется.

Посвист – предвестник бури да грозы, налетает внезапно, силушкой красуется, деревья с корнем выворачивает, волны штормовые на море-реке взымает, играет он так, да гогот его далеко разносится, сердитый ветер да злой, такой напускают на недругов, что обиду чинить вздумали.

Северный ветер – нравом суров, играть не любит, он с дикой охотой дружен, она вместе с северным ветром летит, копытами-градинами по крышам стучит, вьюгой да метелью ветер завывает, никого из дома не выпускает! Сидите, люди, по домам! Не ваше время на улице быть, когда северный ветер гуляет, да тяжелые снегом тучи перед собой гонит, сидите, люди, дома, у печи теплой!

Погода – ласковый да нежный ветерок, что котенок играет. Дурачится да ласкается, за шиворот забирается, щекочет да смех вызывает. Как глоток вина игристого в жару – приятный, по такому ветру желания да змея воздушного хорошо запускать – отнесет куда надо, в нужные руки вложит. Дождик летний, тот, что с радугой – принесет. После такого дождя люди лицом и душой светлеют, думы тяжелые да мрачные он смывает, все вокруг умывает.

Восточный ветер – рассветный ветер прохладный да бодрящий, как глоток кофе. Ветер, дающий силу и желание действовать, убирает он сонную дрему, рассветные силы вливает, да солнцу уступает место, отряхивая человека после сна, представляя его яви. Торопит восточный ветер «Давай, быстрее, просыпайся! Самое время дела планировать, да на дорогу выходить! Где ты хотел оказаться? Пойдем, покажу короткий путь!». Все восточному ветру на месте не сидится, все б ему дорогу да новые приключения!

Сиверко – холодный да резкий, подует, закружит, предвестник изменения погоды, недолгий. Летом – передышку от жары принесет, но без бури, пену поднимет на гребешках волн, зимой – поземку носит, а после волнами снег уложит. Сиверко северным дыханием называют, чтобы помнили люди о том, что навье время придет.

Западный ветер – закатный ветер, то вкрадчивый и спокойный, как будто под кожу тебе забирается, дрожью по телу идет. То резкий и прерывистый – бросит в лицо воду «Умойся! Глаза разуй и смотри! На закате самые чудеса творятся!», самое время для волшебства, для изменения своей жизни. С западным ветром приходят чудеса, он в спину толкает, не дает ко сну отойти, все чудесное что-то показать хочет, кому папоротников цвет, кому дверь тайную в стене, кому жар птицы перо, а кто спать на закате ложится, то с западным ветром отправляется странствовать по другим мирам.

Полуденник – вкрадчивый ветер, короткий, как жар из печи, мало кто его видит, с Полуденницей летом гуляет. Того, кто не отдыхает – находит зыбким маревом по ветру струящимся, морочит, бред да сон тяжелый навевает, беду пророчит. А зимой, на снегу, как увидишь черные проплешины земли– так там Полуденница гулял.

Полуночник – ведьмин ветер, ей на встречу по небу летит, когда ведьма вираж крутой на метле закладывает, да в лунной дорожке плещется. Дымом по зимнему небу стелется, полосой белой, как млечный путь, за метлой скользит. Первый помощник в деле колдовском – слова донести к нужному человеку да путь его перекроить.

От этих ветров народилось и множество других ветров и ветерков — стрибожьих внуков. Трубят они в огромные рога, надувая щеки, выдувают бури и шторма, вихри, вьюги и метели, легкий ночной бриз или жаркий полуденный ветерок. Да сами по небу летают, меж людей снуют да каждому предлагают вещичку волшебную, что жизнь изменить способна, кто возьмет, а кто и мимо пройдет.


Упоминание о Стрибоге можно встретить в «Повести временных лет», согласно которой, кумир Стрибога был воздвигнут князем Владимиром в городе Киеве, вместе с кумирами других богов. Данное действие датируется 980 годом. Это уже указывает, на то, что Стрибог был весьма почитаемым божеством для древних славян, вот чем именно он занимался — это уже другой вопрос.

В другом историческом трактате («Слово о полку Игореве») можно наткнуться на описание Стрибога, согласно которому ветра его внуки и они с моря, подобно стрелам били по отважным и храбрым полкам Игоря. Здесь упоминание ветров и Стрибога не случайны, по утверждению большинства исследователей, это славянское божество управляло ветрами. Стоит более подробно рассмотреть эту теорию. Ветра в этом источнике упоминаются, как внуки Стрибога. Если вдуматься, то внуки — это лишь малая часть, всей семьи, то есть третье поколение от родоначальника. Предположительно есть ещё и дети. Тут можно судить о том, что ветра — это не единственная сила, которая подчиняется Стрибогу, ему подвластно всё воздушное пространство. Теоретически можно предположить, что Стрибог, как представитель старшего поколения Ясуней, мог повелевать атмосферными процессами в целом. Это и ветер, и дождь, и град, и гроза с молниями, то есть погода. По поверьям так же, под командованием Стрибога находилось всё воздушное воинство. Ему подчинялись все птицы и все эфирные духи.


Когда мы почитаем СТРИБОГА
В дни Стрибожьи - 1 марта и 5 апреля почитайте Бога Ветра.
Можно зажечь в доме ароматную живицу с травами, пусть уносится их дымок легкими ветрами. Или завязать на улице красивую, яркую ленту, которая будет словно плыть по ветру, играть с ним. Может быть, даже запустить воздушного змея, только самим надобно при том твердо стоять на ногах, не улететь вслед за порывистыми сынами Стрибога.
А можно вознести молитву или славление СТРИБОГА - http://baymakova24.ru/slavyanoarii#rec104736948
ПОЧИТАНИЕ СТРИБОГА

Древние славяне почитали Стрибога наравне с другими богами. Если вдуматься, то это в первую очередь было обусловлено спецификой деятельности самого божества. В первую очередь, Стрибогу поклонялись земледельцы. По их представлениям, дождевые тучи сгущались над полями только по воле Стрибога, который подобно пастуху перегонял облака по небу. Естественно, что земледельцы поклонялись ему и приносили требы.
Особыми почитателями Стрибога были моряки, именно от воли этого славянского божества зависел успех любого плаванья. Если вдуматься, то в этом нет ничего, что позволило бы усомниться в этом утверждении. Представьте, что вы моряк, который бороздит морские просторы без всякого двигателя, навигатора и прочих современных атрибутов. Всё, что у вас есть — это ваша собственная сила в руках, которая позволяет управлять кораблём, звёзды над головой, которые подсказывают дорогу и ветер. А если ветер не будет попутным, то все ваши усилия пойдут насмарку, вас отбросит течением и ветром достаточно далеко, и вы собьётесь с пути. Теперь наверно, вас стало ясно почему Стрибог пользовался особым почётом у древних славянских моряков. Здесь так же стоит упомянуть, что в давние времена, морские плавания носили целью не только завоевание новых земель, но и торговлю. Ещё одной профессиональной кастой, почитавшей Стрибога, были купцы. Обычно капища в честь бога Стрибога строились на берегах крупных рек и морей, одним словом там, где проходили наиболее важные торговые пути. Купцы обычно преподносили очень богатые требы, надеясь этим заслужить расположение божества, что сулило успешным плаванием для их торгового корабля. Самым известным храмом бога Стрибога, считался храм, воздвигнутый на острове Березань, у устья Днепра.

Богу Стрибогу поклонялись так же и волхвы. Всё это было связано с тем, что в представлении древних славян ветер являлся проводником духовной энергии. Волхвы почитали Стрибога, как хранителя равновесия природных сил, так как его ветра могли пролить и дожди, принося земле живительную влагу, но также могли, разбушевавшись, снести всё на своём пути. Стрибог словно был воплощением единства мудрости и эмоциональной стороны. Волхвы верили, что ветра были способны наделить их мудростью и знаниями, так, как они являлись своего рода странниками между измерений разных миров.

Кстати, остаточное поклонение богу Стрибогу, можно было встретить ещё в девятнадцатом столетии, среди донских мельников, только называли они бога немного иначе — Стрыбом. Даже сохранился фрагмент ритуальной песни: «Повей Стрыбу, нам из неба, треба нам назавтра хлеба». Твердили, что стоило только напеть эту песню, как тут же поднимался довольно сильный ветер, который словно играючи, вертел крыльями ветряных мельниц.



ЛЕГЕНДА О СТРИБОГЕ
(из книги Ю.М. Медведева "Русские легенды и сказания"):

Hа Свистун-горе.
Однажды ночью налетел на деревню бурный ветер с восточной стороны, крыши с домов снес, хлеба желтеющие побил, мельницу порушил ветряную. Утром подсчитали мужики убыток, почесали затылки, покряхтели… Делать нечего — надо урон восполнять. Засучили рукава — и за работу. А один — шорник Вавила, он по части упряжи большой был мастак, — до того обиделся на ветер, что решил найти на него управу. И нигде иначе, как у верховного владыки всех ветров.
В тот же день выковал Вавила у кузница башмаки железные, вырезал клюку дубовую — от зверей отбиваться, положил в котомку нехитрую снедь и пустился в путь-дорогу. Старик-мелыник (все они, мельники, говорят, колдуны!) подсказал ему, где искать Стрибога: за горами, за долами, на Свистун-горе.
Целый год шел Вавила уж и башмаки железные поизносил! — пока не изошел на Свистун-гору. Видит, сидит на камне седой крылатый старец-исполин, дует в рог золоченый, а над головой старца орел парит. Вот он, Стрибог!
Поклонился Вавила в ноги Стибогу, о своей беде поведал.
Выслушал Бог, брови нахмурил и трижды протрубил в рог. Тотчас предстал пред ним крылатый великан в зеленых одеждах и с гуслями в руках.
— А ну-ка повтори свою жалобу на ветра Восточного! — приказал Стрибог Вавиле.
Тот все повторил слово в слово.
— Что скажешь? Чем оправдаешься? — гpoзнo поглядел Верховный Бог на бесчинника.
— Разве я учил тебя деревни разорять? Ответствуй, буян!
— Вина моя невелика, о Стрибоже, — молвил тот. — Рассуди сам. В других деревнях меня и в песнях славят, и Ветром-Ветрилою, и Ветром Вегровичем величают, кашку и блины выставляют мне на крыши, бросают с мельницы горстями муку, дабы я крылья мельничные вздымал. А в их деревне, – он указал перстом на Вавилу, – и плют встречь меня, и злые наговоры по мне пускают, портя людей и скотину, а народ клянет меня, безвинного, на чем свет стоит: дескать, это я нанес ветром хворь-поветрие. Рыбаки там, на воде свистят по ветер и накликают бурю. Долго терпел я всяческие обиды, но наконец, терпенье мое лопнуло, когда разорили юнцы муравейник, палками его разметали по ветру, а вечером принялись старый веник жечь да искрами на ветру любоваться. А ведь этакое бесчинство старыми людьми от веку заповедано. И я не вынес обиды… Прости меня, Стрибог!
Помолчал, поразмыслил крылатый старец-исполин, да и говорит:
— Слышал, человече? Ступай назад, перескажи ответ Восточного ветра своим неразумным собратьям. Впрочем, нет: ноги в долгом пути собьешь, вон, башмаки то железные уж продырявил. Сей же час обидчик вашей деревни отнесет тебя в родные края. Надеюсь, впредь вы с ним поладите. Прощай!
…На восходе солнечном косари в Ярилиной долине увидали диво дивное: мужик по небу летит! Пригляделись — да ведь это шорник Вавила к ним спускается, словно бы на невидимом ковре-самолете!
Стал Вавила на траву, поклонился в пояс кому-то незримому, а потом рассказал мужикам о своем хождении к Свистун-горе и о справедливом Стрибоге.
С той поры в деревне все крыши целы, хлеба ветром не сбиваемы, а мельница мелет исправно. И такой почет ветрам, как здесь, вряд ли где еще оказывается!

Слава Стрибогу Могучему!
Слава Богам и Предкам Наша!
Слава Роду Породителю!

Вот такая есть история и о том, как Стрибог, Бог Ветра у восточных славян, помогал найти Перуна да победить страшного Скипер-зверя, рассказана она в книге «Боги и Люди»:
...
Затоптали, сравняли с землей яму, куда кинули Перуна. Велели траве дурной на том месте вырасти и скрыть это место от всяких глаз. Чтобы никто об этом и не сказывал, никто о том и не допытывался. Триста лет и три года мать Перуна, Ладушка, могучей птицей Матерью-Сва летала по поднебесью, искала своих детей. Что дочки в чудища Зверем превращены, узнала она, а сыночка нет нигде. А как миновало триста лет и еще три года, поняла она, что одной ей никак не справиться, не найти сынка. Позвала она на помощь Сварога, Отца Небесного, чтобы тот отправил своих старших сыновей найти Перуна.

Тотчас прилетели три могучие птицы, ударились грудью о землю и обернулись в грозных братьев-богов: птица печали Сирин обернулась богом Велесом, Алконост, птица райская — Хорсом, богом Солнца, а птица Стратим, вестник богов — Стрибогом могучим, богом ветров.

Задумались братья, где же им искать брата, если Матерь-Сва за триста лет все на небе, в море и на земле осмотрела. Но тут хитроумный Велес предложил:

— Давайте-ка, спросим у Бури, волшебного коня Перуна, которого ему отец подарил. Он до сих пор без хозяина мается, никого к себе не допускает.

Велесу подчинялись все птицы и звери Яви. А домашние животные служили ему и были под его защитой. Свистнул Велес по-особому, призвал Бурю-коня. Конь бежит, земля дрожит, из ноздрей дым идет, из ушей пламя пышет. Велес ему приказывает:

— Укажи нам, Буря-конь, куда Скипер- зверь спрятал нашего брата, а твоего хозяина. Вскинул конь голову, заржал призывно и помчался быстрее ветра. А над ним, так же быстро, летели три птицы, три брата Сварожичи. Остановился конь на поляне, забил копытом. Косит глазом на братьев. Огляделись братья. Поляна как поляна. Только заросла дурной травой очень сильно.

— А трава-то непростая, заклятье на ней лежит. Без верного коня никогда бы нам не найти это место, — присмотрелся Велес. — Не зря я столько лет в темной Нави провел, кое-чему научился, — усмехнулся, провел рукой, сказал заветное слово, и поляна засияла, засверкала молодой зеленью, яркими цветами.

— Ну, теперь и копать можно!

И Сварожичи очень быстро раскопали яму. Им светил Хоре Солнце Красное, бог Стрибог призвал своих сыновей, ветров буйных, и разнесли они желтые пески, а железные обручи сорвал мощный Велес. Открыли яму и видят: в ней гроб лежит. Подняли гроб, открыли его в нетерпении, видят — лежит там не ребенок, как они его помнили, а взрослый мужчина. И спит он мертвым сном.

— Что же нам делать, как разбудить брата нашего?! — заломил в отчаянии руки солнцеликий Хоре. А Велес, мудрый бог, пошептал что-то коню. Тот отошел от ямы, упал на землю и лег, копыта откинув. Лежит, не шевелится, даже похоже, что и не дышит.

Тут как тут летит гигантская птица Могол с молодыми птенцами. Видно, заклятьем вызвал ее бог Велес. Хотя птица Могол подчиняется только Чернобогу, и Велес над ней не властен, заклятье все равно призывает ее прилететь. Поэтому чувствует она какую-то ловушку, летит осторожно. Тут птенцы увидели, что конь валяется, копыта откинув, подумали, что это падаль, поклевать можно, ринулись вниз. Птица Могол кричит им вслед:

— Не трогайте коня! Это не добыча, это хитрый Велес ловушку подстроил! Но не послушались птенцы, сели на того коня. Тут из ямы выскочил Велес и схватил одного птенца. Братья подоспели, отгоняют птицу, не пускают птенца выручить. Взмолилась птица Могол:

— Отпусти птенца, буйный Велес!

— Ты слетай, Могол, в подземное царство Нави, набери там мертвой воды и принеси сюда, тогда отпущу птенца.

А светлоликий Хорс обернулся птицей Гамаюн и полетел за Сурьей, живой водой, ею был наполнен колодец в царстве Прави, в светлом саду Ирей.

Понеслась Могол быстрее ветра, нашла источник с мертвой водой, зачерпнула водицы, принесла в клюве и выплюнула эту воду на спящего мертвым сном Перуна. Отпустил птенца Велес. А братья обтерли этой водой Перуна. Смотрят на него, вроде и не мертвый уже, но и не живой, спит еще сном, но уже не мертвым.

А тут Хорс живую воду, Сурью, принес. Тогда обмыли Перуна еще и живой водой. Вот тогда-то он по-настоящему и проснулся. Открыл глаза и увидел яркий свет. Братья над ним стоят, улыбаются.

Обогрело его солнышко, кровь быстро потекла по жилам, тряхнул он головой серебристой, расправил усы золотые, погладил бороду золотокудрую и сказал братьям:

— Как долго я спал в земле сырой!

Отвечают ему братья:

— Век бы тебе тут спать, если бы матушка твоя нас не позвала, а конек твой место бы не показал! А теперь попей, братец, живой воды. Выпил Перун рог с напитком богов, хмельной Сурьей, почувствовал прежнюю силу. Поднесли ему вновь глубокий рог.

— Как ты теперь себя чувствуешь?

— Чувствую в себе силу великую!

Дали отпить еще Сурьи.

— А теперь отправляйся, могучий Перун, поезжай скорей к зверю-Скиперу, отомсти ему за все, за раны свои, за милых сестер!

— Нет, — ответил Перун. — Я сначала с батюшкой и матушкой поздороваюсь, попрошу у них благословения.

— Хорошо, — ответили братья, — Мы тебя проводим...
«Есть чёрная скала средь моря-океана:
Там Стрибог властвует, и внуков-бегунов
Он шлёт оттуда к нам с дождями для лугов,
С грозою, с вьюгами, с покровами тумана.
Тот вторит хохоту Перуна-великана,
А этот голосит тоскливей бедных вдов;
От рёва старшего гудит вся глушь лесов,
А песни младшего нежней, чем песнь Баяна.
Но на своей скале в равнине голубой
Горюет старый дед, взирая вдаль сурово:
Могучие уста закованы судьбой...
А лишь дохнул бы он! — летели бы дубравы,
Как в летний день в степи летит сухой ковыль,
И от высоких гор стояла б только пыль.»
Бутурлин П.Д.

ВЛАДЫКА КРОД
день почитания - 9 июня

Бог Крод отвечает за кармические наказания

Мы можем возносить молитвы к Богу через обращения к святому Лазарю, так как в одном из воплощений Он им являлся.

МОЛИТВА
Господи Иисусе Христе, Боже, Спасителю наш, Неисчерпаемая бездно милости, щедрот и любве, смерти и греха не сотворивый, и еще в раи определивый прародителем нашим вечныя и святыя и блаженныя жизни причастницы быти! Егда же по действу диаволю, человекоубийцы искони, едином человеком грех в мир вниде и грехом смерть, тогда по неизреченному человеколюбию Твоему Ты определил еси Крестом и Воскресением Своим свободити согрешившия люди Твои от пропасти адовы и смерти вечныя. И егда прииде исполнение времен, Ты снисшел еси во днех плоти Своея, яко Пастырь Добрый, на взыскание заблудших овец Твоих, и прежде Креста Своего и вольныя страсти в Вифанию пришед, Ты единым словом Лазаря, друга Твоею, умерша и погребенна, воззвав от ада, из мертвых воскресил еси.
И тако велиим сим и страшным чудом прежде живоносныя смерти Твоея смертную державу потрясл еси, предвозвещая четверодневнаго возстанием скорое Твое, Живодавче Христе, тридневное из мертвых Воскресение, нас всех уверил еси, яко хощеши темнообразное адское царство крепостию Своею сокрушити и общее Воскресение всех явити, показуя Лазаря, яко пакибытия нашего предначатие спасительное. Сего ради и мы недостойнии с Марфой и Марией ныне да ликуем светло и с Вифанией да торжествуем, безмерное Твое снисхождение ныне празднующе и прослезением Твоим над Лазарем будущее утоление слез и смерти умерщвление радостно предначинающе.
Сподоби же и всем нам душами чистыми и нескверными умы, кротким же сердцем и смиренным нравом, с Вифаниею Тебе, кроткаго Владыку, прияти, и лукаваго гордыню сокрушити, и отверсти входы сердец наших, да с верою, якоже Мария, помажем миром любве пречистии нози Твои, и со всеусердием многим, яко же Марфа, послужим Тебе, вкушающе Пречистое Тело и Самую Честную Кровь Твою на таинственной Вечери Твоей, на нейже облязи с нами и источи нам многоценое молитвы миро, и слезы покаяния, и благоухание целомудрия и чистоты, да тако благоукрашеннии и просвещеннии, услышим глашение Твое: "Се стою при дверех и толку", и по гласу Твоему да отверзем двери сердца и обитель сотворим Тебе, выну служаще Тебе и прославляюще Тя со Безначальным Твоим Отцем и Пресвятым и Благим и Животворящим Твоим Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

СВЯТОЙ ЛАЗАРЬ
дни почитания: 30 апреля и 29 октября

ПОЛНОЕ ЖИТИЕ СВЯТИТЕЛЯ ЛАЗАРЯ ЧЕТВЕРОДНЕВНОГО, ДРУГА БОЖИЯ

Был ро­дом из Вифа­нии близ Иеру­са­ли­ма, брат Ма­рии и Мар­фы. Во вре­мя Сво­ей жиз­ни Гос­подь лю­бил их и ча­сто по­се­щал их дом в Вифа­нии, на­зы­вая Ла­за­ря Сво­им дру­гом (Ин.11:3, 5, 11).

По­сле преж­девре­мен­ной смер­ти Ла­за­ря, про­лив сле­зы над его гро­бом, Гос­подь, как Все­силь­ный, вос­кре­сил его из мерт­вых, ко­гда Ла­зарь уже че­ты­ре дня ле­жал во гро­бе и уже смер­дел (Ин.11:17-45). Это чу­до вос­по­ми­на­ет­ся Цер­ко­вью в ше­стую суб­бо­ту Ве­ли­ко­го по­ста (Ла­за­ре­ва суб­бо­та).

По­сле сво­е­го вос­кре­ше­ния свя­той Ла­зарь уда­лил­ся на ост­ров Кипр, так как пер­во­свя­щен­ни­ки по­ло­жи­ли убить его (Ин.12:9-11), где впо­след­ствии был по­став­лен епи­ско­пом.

По пре­да­нию, Ла­зарь, бу­дучи епи­ско­пом, удо­сто­ил­ся по­се­ще­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри и по­лу­чил от Нее омо­фор, сде­лан­ный Ее ру­ка­ми. По­сле чу­дес­но­го вос­кре­се­ния свя­той Ла­зарь жил еще 30 лет, со­хра­няя стро­гое воз­дер­жа­ние, и скон­чал­ся на ост­ро­ве Ки­п­ре.

Па­лом­ни­кам, по­се­ща­ю­щим Свя­тую Зем­лю, по­ка­зы­ва­ют две гроб­ни­цы пра­вед­ни­ка: од­ну в Вифа­нии в Иеру­са­ли­ме, а дру­гую в го­ро­де Ки­тим на ост­ро­ве Ки­п­ре. Не до­ез­жая до Свя­то­го Гра­да око­ло двух с по­ло­ви­ной верст, па­лом­ни­ки по­се­ща­ют Вифа­нию, рас­по­ло­жен­ную на во­сточ­ной сто­роне од­но­го пред­хол­мия Еле­он­ской го­ры. А немно­го се­ве­ро-во­сточ­нее и ни­же ука­зы­ва­ют гроб­ни­цу Ла­за­ря, по­чи­та­е­мую так­же и ма­го­ме­та­на­ми. Неболь­шой вход, про­би­тый в ска­ле, ве­дет в уз­кую глу­бо­кую пе­ще­ру. Спу­стив­шись по 25 сту­пе­ням, па­лом­ни­ки встре­ча­ют неболь­шую пло­щад­ку с ка­мен­ным сто­лом в уг­лу, слу­жа­щим пре­сто­лом в дни бо­го­слу­же­ний в Ла­за­ре­ву суб­бо­ту. Пло­щад­ка счи­та­ет­ся ме­стом воз­зва­ния Гос­по­да: «Ла­за­ре, гря­ди вон!» Еще пять сту­пе­ней вниз – и по­гре­баль­ная пе­ще­ра. Здесь обык­но­вен­но про­чи­ты­ва­ют Еван­ге­лие от Иоан­на о вос­кре­се­нии Ла­за­ря (Ин.11:1-7, 11-45) и тро­па­ри Верб­ной неде­ли. Сна­ча­ла Гос­подь был встре­чен Мар­фой, по­том Ма­ри­ей, ко­гда Он шел ко гро­бу воз­бу­дить дру­га Ла­за­ря, – тут рас­по­ло­жен боль­шой округ­лен­ный «ка­мень бе­се­ды», от ко­то­ро­го мно­гие по­лу­ча­ют ис­це­ле­ния.

А на ост­ро­ве Ки­п­ре су­ще­ству­ет вто­рая гроб­ни­ца пра­вед­но­го Ла­за­ря. В 90 км от го­ро­да Ли­мас­со­ла, по до­ро­ге, ле­жа­щей меж­ду со­пок, па­лом­ни­ки при­бы­ва­ют в го­род Лар­на­ки, где на­хо­дит­ся храм, по­свя­щен­ный Ла­за­рю, там он слу­жил. Храм сто­ит на ме­сте пер­во­на­чаль­ной церк­ви IX–Х вв., по­стро­ен­ной над мо­ги­лой Ла­за­ря. На­сто­я­щее зда­ние хра­ма XVII в. сде­ла­но из кам­ня, раз­мер его 35х17 м, име­ют­ся две две­ри (с се­ве­ра и за­па­да), трехъ­ярус­ная ко­ло­коль­ня, об­шир­ный двор, му­зей. Храм че­ты­рех­столп­ный, ес­ли два стол­па счи­тать и в ал­та­ре, то ше­сти­столп­ный, все по­кры­то мра­мо­ром. Име­ют­ся три бо­ко­вых при­де­ла. По цен­тру – боль­шая люст­ра: 5 яру­сов све­чей сни­зу и три яру­са свер­ху, и две люст­ры по бо­кам. Сле­ва от ал­та­ря на­хо­дит­ся чу­до­твор­ная ико­на Бо­го­ма­те­ри, а спра­ва у ал­та­ря пе­ще­ра – гроб­ни­ца пра­вед­но­го Ла­за­ря. Сза­ди хра­ма на вы­со­те рас­по­ло­же­ны хо­ры. Вход в пе­ще­ру идет по се­ми сту­пе­ням под ал­тарь хра­ма. Раз­мер пе­ще­ры 6х12 м. Мо­щи пра­вед­но­го Ла­за­ря на­хо­дят­ся по­се­ре­дине: гла­ва и по­ло­ви­на его ко­стей. А вто­рая по­ло­ви­на мо­щей бы­ла в Кон­стан­ти­но­по­ле, кре­сто­нос­цы в 1291 г. унес­ли их во Фран­цию, в Мар­сель. Спра­ва на­хо­дит­ся ико­но­стас, в ко­то­ром ико­ны рас­по­ло­же­ны в три ря­да, и име­ют­ся укра­ше­ния в два ря­да меж­ду ико­на­ми. По­пе­рек пе­ще­ры сто­ит гроб­ни­ца с над­пи­сью: «Ла­зарь – друг Бо­жий». Ра­ка – как стол, как бы ван­на боль­шая, ка­мен­ная – 1,3х0,8х0,7 м. Храм – с ко­ло­коль­ней, по длине хра­ма про­хо­дит га­ле­рея 2,5-3 м вы­со­ты, как ко­ри­дор по по­верх­но­сти дво­ра, есть бо­ко­вые две­ри: се­вер­ные и юж­ные, с за­па­да – боль­шие вход­ные. И име­ют­ся две ка­фед­ры бо­ко­вые для про­по­вед­ни­ков. Это ме­сто так­же по­чи­та­ет­ся все­ми пра­во­слав­ны­ми хри­сти­а­на­ми как ве­ли­кая свя­ты­ня, как до­ка­за­тель­ство несо­мнен­ной ми­ло­сти, люб­ви и все­мо­гу­ще­ства Бо­жия. Вос­кре­се­ние Ла­за­ря яви­ло власть и мо­гу­ще­ство над смер­тью.

СВЯТОЙ ЛАЗАРЬ
дни почитания: 30 апреля и 29 октября

МОЛИТВА

О, зело́ преди́вный и изря́дный дру́же Христо́в, Святы́й Пра́ведный Ла́зарю, Вифа́нии похвало́ и все́й вселе́нней превели́кое удивле́ние! Благослове́н до́м тво́й, его́же Госпо́дь на́ш Иису́с Христо́с во дне́х пло́ти Своея́ с любо́вию посеща́ше, ви́дя ве́ру и добро́ту души́ твоея́ и боголюби́вых сесте́р твои́х Ма́рфы и Мари́и, зане́ ты́ возлюби́л еси́ Его́ все́м се́рдцем твои́м, все́ю душе́ю твое́ю, все́ю мы́слию твое́ю и Те́м до конца́ возлю́блен бы́л еси́. Ди́вны та́йны твоя́, на тебе́ Боже́ственным Дру́гом Твои́м и Го́сподом на́шим явле́нныя, я́ко изво́лися Ему́ пре́жде Креста́ Своего́ и Воскресе́ния показа́ти на тебе́ всему́ ми́ру Сла́ву Свою́ и сотвори́ти тя́ предвозве́стника пресве́тлаго Своего́ из ме́ртвых тридне́внаго Воскресе́ния. Сего́ ра́ди То́й, я́ко Влады́ка живота́ и сме́рти, попусти́ тебе́ сме́ртным сно́м усну́ти, и погребе́ну бы́ти, и да́же до а́довых глуби́н сни́ти, иде́же ты́ узре́л еси́ су́щия от ве́ка уме́ршыя во мно́жестве неисче́тном а́довыми у́зами содержи́мыя, и стра́шные стра́хи ви́дел еси́. И та́мо, егда́ те́ло твое́ возсмерде́нию сме́ртному уже́ предаде́ся, по четы́рех дне́х ты́ услы́шал еси́ Боже́ственный гла́с Дру́га твоего́, на гро́б тво́й прише́дшаго: "Ла́заре, гряди́ во́н!" И по гла́су сему́ ты́ а́бие из гро́ба возста́л еси́ и та́ко Вифа́нию возвесели́л еси́ и Ма́рфины и Мари́ины сле́зы утоли́л еси́, фарисе́и же и кни́жники, в ожесточе́нии серде́ц су́щих устраши́л еси́. Утоли́ же, святы́й дру́же Христо́в, и на́ши сле́зы, гре́х ра́ди на́ших пролива́емии, оживотвори́ на́ши ду́ши и телеса́, в возсмерде́нии страсте́й и нечисто́т грехо́вных су́щии, воздви́гни на́с из гро́ба отча́яния и лю́таго уны́ния, все́х же на́с изба́ви от ве́чныя сме́рти, я́коже и тебе́ Госпо́дь на́ш возста́ви от успе́ния сме́ртнаго. И умоли́ ми́лостиваго Бо́га, да сподо́бит на́с прича́стницы бы́ти ве́чныя жи́зни, е́юже и ты́ по труде́х святи́тельства на о́строве Ки́прстем са́м ны́не наслажда́ешися во оби́телех ра́йских, прославля́юще Всесвято́е и́мя Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

ВЛАДЫКА БЕСТЛА
ВЕТРЕНА - ДОЧЬ СТРИБОГА
В старину, когда солнце было богом, а звёзды его сёстрами, жили на земле люди чудные, и имена у них тоже были чудные. Всё могло сказать имя за человека, кто он, каков нрав его, и дела какие воротит. И было имя живым, покуда жив был человек, и после оно не угасало, ежели делами добрыми жизнь свою украсил человек.
Рождались дети, а волхвы в душу их пристально вглядывались и видели они, что начертано тому на веку, и имя так рождалось. Так и получила своё имя Ветрена. Была она лёгкой, как пёрышко и быстрой, словно ветерок в ветвях деревьев. Никто догнать её не мог, не один мальчишка в деревне. Носилась она ветром вольным по полям, и казалось, что за спиной её, не косы длинные мечутся, а крылья, да только рыжие. Ветрена рыжей была до жути, а глаза зеленые, как у кошки. И хитрой она была, и вёрткой. В деревне её все знавали, и про лихость её и про непоседливость. Такая не будет избу подметать, да хлеб печь, не усидит на месте и минутки. Душою рвётся она в дали бескрайние, по сему и не сватался к ней никто. А кому нужна буйная девка, что луком да стрелами лучше владеет, чем сковородою?!
А Ветрена и не печалилась, знала она, что судьба у неё иная. Ей в земли новые идти, да по морям дальним плавать, потому как дочь она ветреная, отца своего Стрибога. Вольная, как и ветер, который говорит с ней в час, когда все остальные по избам своим прячутся от грозы. Ветрена не мира сего, не людская доля у неё, и хоть родили её мать и отец смертные, она помечена благодатью того, кто ей колыбельные напевал зимними вьюгами.
В деревне ведали все, что Ветрена иная, по сему и молчали, хотя ворчали по углам, да сетовали на её непохожесть на других деревенских девушек. Ветер-сплетник всё своей сестре доносил, а та знай только смехом звонким заливалась. Не обидно ей было и зла не держала, ибо не ведомо другим было, то что ведомо ей...

БОГ СЕМАРГЛ

Дни почитания - 1 сентября, 12 июня и 15 октября

Бог Семаргл (Огнебог) - Вышний Бог, хранитель Вечно живого Огня и блюститель точ­ного соблюдения всех Огненных Обрядов и Огненных Очищений, Бог защиты, огненной магии, покровитель, обладающий огромной гармонизирующей энергией. Древнерусский языческий бог.

Священное число - 7
Место прибывания - 7 небо - Солнце.

Время правления - 9 век до н.э.

Огнебог Семаргл является Богом-Покровителем Чертога Небес­ного Змея во Сварожьем Круге.

Огнебог с радостью благославляет всех людей из Родов Расы Великой, кои с чистой Душой и Духом соблюдают все Небесные Законы и Многомудрые Заповеди Светлых Богов и Предков.

Семаргла также призывают при исцелении заболевших животных и людей. Когда у человека поднималась температура, то говорили, что Огнебог поселился в Душе заболевшего. Ибо Семаргл, как Огонь, яростно сражается с хворями и болезнями, кои подобно ворогам пробрались в тело или Душу заболевшего. Поэтому считается недопустимым сбивать у больного поднявшуюся температуру. Самым лучшим местом для очищения от хвори считается баня.

В летописях есть упоминания о появлении Семаргла на свет из пламени. Однажды сам небесный кузнец Сварог, ударив магическим молотом о камень Алатырь, высек из камня божественные искры. Искры ярко разгорелись, и в их пламени появился огненный бог Семаргл, восседавший на златогривом коне серебряной масти.
Сын богов Сварога и Лады.
Супруга Леля.
Дети - Кий и Хорив - легендарные князья днепровских полян, основатель Киева

Упоминания имени Семаргла в летописях
Имя Семаргла упомянуто в русских летописях - пантеон кн. Владимира, произошло оно от старорусского "смага" ("За ним кликну Карна, и Жля поскочи по Руской земли, Смагу мычючи в пламяне розе") .
Он же пенежный (огненный) змей из заговоров. Упомянут в Паисъевском сборнике св. Григория (14 век) и Златоустовом сборнике 1271 г. Огнебог - Йогнебоже, по "Веде славян" Верковича, у болгар-помаков:
Фала ти Йогне Боже!
Фала ти Ясну Слънце!
Чи нагреваешъ на земе та.
Пекренував сичка земе...
Покривашъ е църна магла,
та са нишу и гледа.


Этимология

Происхождение слова Семаргл до сих пор не совсем ясно и вызывает несогласие в научном мире. Основных теорий на этот счет существует две:

-слово «Семаргл» этимологически восходит к числительному «семь». В пользу этого говорит то, что, по некоторым данным, идол Семаргла обладал семью лицами. Считается, что Семаргл содержал в себе не одну, а семь разных божественных сущностей.

-слово «Семаргл» происходит от слова из древнеперсидского языка «Симург». Так называлась волшебная птица. В пользу этой теории говорит, в частности, то, что в Яви воплощениями Семаргла являются именно птицы — два сказочных сокола — Финист и Рарог. Эти птицы символизируют, соответственно, войну и победу.

МОЛИТВЫ СЕМАРГЛУ - http://baymakova24.ru/slavyanoarii#rec110142412

Бaсурмaне. Из книги Ю.М. Медведева "Русские легенды и сказания"

В год Трубящего Изюбрa, в месяц грозник, сиречь июль, вторглaсь нa землю древлянскую ордa бaсурмaн. Перво-нaперво поднялись зaхвaтчики нa высокий холм, где крaсовaлся хрaм богa плодородия и жертвенного огня Семaрглa, небесного покровителя древлян. Хрaм спaлили, жрецов умертвили, жертвенник огнеплaменный рaзрушили. Злaтого крылaтого псa - изобрaжение Семaрглa - нa куски порубили дa рaстaщили, кто сколько мог ухвaтить, злобно выкрикивaя:

- И тебя, злaтaя псинa, достaнем в небе стрелaми!

Спaсся только молодой жрец Ярун - зaтaился в подземелье. Нa зaкaте, когдa бaсурмaне покинули пожaрище, смотрел он с холмa нa орду. Подобно змее ширококрылой неслaсь онa по дороге к Стaрой Веже - глaвному грaду древлянскому. Бaсурмaне дошли до бурливой реки, стaли нa ночлег и рaзвели костры.

Всю ночь пробирaлся Ярун тaйными тропaми по дремучему лесу, переплыл в узком месте реку и утром, весь мокрый, исцaрaпaнный колючим кустaрником, изодрaнный ветвями, оповестил седобородого князя древлян Добрыню о беде.

Нaстaлa ночь. Смотрел нa врaжий стaн князь Добрыня и клял себя зa то, что тaк и не возвел кaменных стен вокруг Стaрой Вежи. Деревянные зaвтрa сгорят - и все будет кончено…

В стороне одиноко стоял Ярун. Обрaтив глaзa к звездaм, он шептaл:

- К тебе взывaю, о Семaргл! Не дaй погибнуть Стaрой Веже - твоему последнему святилищу! Нaкaжи злодеев, что порушили твой хрaм, a тебя, светоносцa и огненосцa, нa куски порубили! Яви свое небесное могущество!

И долго, долго молился жрец Ярун. А глухой полуночью вдруг спустился с небес крылaтый огненный пес превеликий. Нaчaл он летaть низко нaд полчищем врaжьим, и от жaрa плaменного иные из ворогов срaзу погибaли, a иные бросaлись в реку, но тaм водa кипелa ключом, словно в котле, и они срaзу шли нa дно.

Вскорости все было кончено. Тишинa нaстaлa - рaздaвaлись лишь стоны умирaющих, a огненный крылaтый пес Семaргл сызновa вознесся к звездaм и рaстворился средь них. В эту стрaшную ночь удaлось спaстись лишь жaлкой горстке бaсурмaн.

Князь Добрыня воздвиг новый хрaм Семaрглa нa высоком холме, и Ярун сделaлся в нем верховным жрецом. А через несколько лет он уже любовaлся нa белые кaменные стены Стaрой Вежи.

КОЛОКСАЙ
дни почитания - 16 октября день рожднения

Колоксай (Колаксай), царь славян сколотов-скифов (жил ок. 1512 до н.э.) [1]. Младший сын Таргитая, у которого «было трое сыновей: Липоксай, Арпоксай и самый младший – Колоксай» [2, IV-5]. Липоксай – правнук Борисфена-Днепра [1].
Колаксай — первый царь скифов, младший сын Скифа и внук Геракла (Таргитая), основавший первое скифское царство в XIII веке до н.э. В конце своего правления («на колеснице сидя», т.е. незадолго до смерти) им была продиктована придворному летописцу-греку книга, ставшая в дальнейшем известной как «Поучения Колаксая своим детям и подданным». «Поучения...» заложили основы скифской традиции более чем на полтора тысячелетия — многократно дополняясь и обогащаясь трудами верных последователей на протяжении многих веков. Многие добрые скифские обычаи, сохранившиеся до сегодняшнего дня, берут свое начало от «Поучения Колаксая»

«Так вот от Липоксая, как говорят, произошло скифское племя, называемое авхатами. От среднего, Арпоксая, - катиары с траспиями, а от наимладшего царя - называемые паралатами. Всем им в совокупности есть имя - сколоты, по имени их царя. Скифами же их называли эллины» [2, IV-6].

Имя Колоксай происходит от славянского «коло» – солнце, входящего в общеславянский [3, ст. Языки] (индоевропейский) словарь, и «ксай» (ksay) – тот, кто обличён царской властью. Последний термин более употребим славянами ариями в Иране и происходит от общеславянского *raz – (ср. рас(ея), рас(ены), (к)рас(ный), Ра(с)(ный) – произведённый богом Ра) [4, с. 254]. Согласно работам [5, с. 243; 6, с. 39 – 40; 7, с. 7 – 9], по иранским корням имя Колоксай – также переводится как Солнце-Царь.

Колоксай получил свое солнечное имя как владыка всех сколотов. Его царство дальше всех выдвигалось на юг, в полуденную солнечную сторону. Более вероятна все же не географическая связь, а указание на первенство..

Поучение Колаксая своим детям и подданным
(фрагменты)

«...
Традиции — это истинное золото скифов. И если у нас не будет иного золота, нам будет довольно и этого. Хранение и исполнение традиций — дело каждого скифа.

Мы — бесконечно большая страна, и пусть наши враги делят наши земли между собой и никогда не знают до конца кому они принадлежит.

Не участвуй в мятежах, ибо нет более благих намерений, которые приводили бы к более ужасным последствиям.

Оставивший в беде или опасности свою семью, свой народ, свою страну и своего царя или предавший их не может считаться скифом — но может мертвецом.

Нарушивший клятву или присягу не может считать себя скифом — но может мертвецом.

Не будь самым сильным — найдется сильнее, не будь самым хитрым — найдется хитрее, не будь самым умным — найдется умнее, но будь самым добрым — найдется добрее и поможет тебе.

Не оставляй хама без ответа, пусть он до конца своих дней не забудет этот ответ.

Есть только три причины невыполнения твоих обещаний и твоего отсутствия: смерть, тяжелая болезнь, стихийное бедствие.

Пусть у тебя всегда будут деньги, ибо бывают богатые и бедные скифы, но нищих скифов не бывает

Пей сколько хочешь, но следи за тем, что бы твой сосед был более пьян, чем ты.

Уважай благородные семейства, но не заслонит их блеск твой взгляд.

Будь бдителен, собран и всегда готов отразить удар; и разрушить планы врагов.

Есть тайны мужчин, да не узнают о них женщины, дети и чужеземцы никогда. Есть тайны женщин, да не узнают о них мужчины.

Есть и тайны чужеземцев — да не посягнет на них ни один скиф.

Пусть твой меч будет продолжением твоей руки. Никогда не выходи из дома без меча.

Будь быстр и точен, словно стрела Геракла, и никогда не имей дела с теми, кто опаздывает больше, чем на 21 минуту.

Поднявший руку на жреца в храме, врача у постели больного, воспитателя в присутствии детей, может проститься с жизнью.

Никогда не угрожай врагам своим и не пререкайся с ними, но пусть их жизнь будет полна неожиданностей.

Есть вещи много страшнее смерти.

Если в твоем присутствии неблагородно избивают или издеваются над человеком, то тебя считают безгласным и беспомощным наравне с травой и камнями. Какое оскорбление для свободного скифа!

Побеждать врагов физической силой — примитивно. Побеждай упорством, умом, неожиданностью и силой искусства.

Торопись медленно. Умей ждать своего часа и будь терпелив.

Поевший в твоем доме находится под твоей защитой, до тех пор пока не покинет пределы твоих окрестностей.

Защищай обездоленных.

Человек, три раза подряд или три раза в течении одного года поевший и переночевавший в твоем доме, пользуется всеми правами друга.

Гость обязан показать хозяину свое полное доверие. Гость обязан сдать хозяину все оружие при входе в дом.

Любой скиф имеет право на твою помощь — любого вида в любое время дня и ночи.

КОЛОКСАЙ – ЦАРЬ СОЛНЦЕ

О царе и легендарном прародителе скифов – Колоксае – сообщает Геродот, кстати, основоположник исторической науки.

Жил-был первый человек Таргитай, а у него было трое сыновей: Липоксай, Арпоксай и самый младший — Колаксай. В их царствование на Скифскую землю с Неба упали три золотых предмета: плуг, секира и чаша. Они сияли на солнце, словно были объяты небесным огнем.

Первым увидел эти предметы старший брат. Едва он подошёл, чтобы поднять их, как небесный огонь опалил его. Тогда он уступил место среднему брату. И опять священный предмет будто возгорелся в его руках. Так жар небесного огня не дал братьям прикоснуться к святыням.

Согласно легендам, лишь Колаксай, младший брат, смог овладеть даром из трех священных предметов, что пали с Неба. Поскольку только ему, Колаксаю, как сыну Неба, не причинял вреда золотой небесный огонь, окружавший эти предметы.

Далее Геродот говорит, что от Липоксая произошло скифское племя, называемое авхетами (хетты – основатели величественной империи в Малой Азии, от среднего брата Арпоксая — племя котиев (котиаров), от младшего из братьев — царя Колоксая — племя паралатов («народ царей» или «царственный народ»). То есть все племена вместе, иначе они называются сколотами (пришедшие с Великого Коло - круг приполярных земель), то есть царскими. Эллины же зовут их скифами.

Что же означают священные предметы, как символы?

Русская Северная Традиция передает: двусторонняя секира – дар воина Перуна, чаша вечности – дар Денницы, плуг – дар Рода.

Позже, секира стала символом воинского сословия скифов. Чаша – жреческого. А плуг – символом всей цивилизации пахарей. Согласно древней системе знаний Звездосчетъ, Род – воля к единству, созвездие Водолея, его число 1, руна Ар. Дар Рода – плуг – это единственное, что остается не разъятым на вспаханном поле. Руна Ар и есть стилизованное изображение плуга, ставшего символом цивилизации скифов-пахарей. Старинное слово «орать» означает пахать, оратай – пахарь.

Имя Колаксай означает Царь-Солнце или, точнее, Властелин Круга Солнечного (Зодиака), который солнце обходит за год.
СКАРБ ЦАРЯ КОЛАКСАЯ
"Собрал и записал эти сведения, чтобы прошедшие события
с течением времени не пришли в забвение и великие, и удивления
достойные деяния как эллинов, так и варваров не остались в
безвестности Геродот из Галикарнаса"...

«По рассказам скифов, народ их - моложе всех. А произошел он таким образом: первым жителем этой еще необитаемой тогда страны был человек по имени Таргитай, родителями этого Таргитая, как говорят скифы, были Зевс и дочь реки Борисфена [Днепра. - Прим.].Такого рода был Таргитай, а у него было трое сыновей: Липоксаис, Арпоксаис и самый младший - Колаксаис. В их царствование на Скифскую землю с неба упали золотые предметы: плуг, ярмо, секира и чаша. Первым увидел эти вещи старший брат Липоксаис. Едва он подошел, чтобы поднять их, как золото запылало. Тогда он отступил, и приблизился второй брат - Арпоксаис, и опять золото было объято пламенем. Так жар пылающего золота отогнал обоих братьев, но, когда подошел третий, младший, брат - Колаксаис, пламя погасло, и он отнес золото к себе в дом. Поэтому старшие братья согласились отдать царство младшему - Колаксаису. Так вот, от Липоксаиса, как говорят, произошло скифское племя, называемое авхатами, от среднего брата - племя катиаров и траспиев, а от младшего из братьев - царя - племя паралатов ("βασιλητοι"). Все племена вместе называются сколотами. Эллины же зовут их скифами» - именно так поведал отец истории Геродот в четвертой книге своих «Муз» («Историй») легенду о "сотворении" Скифии.

А далее: - «Так рассказывают скифы о происхождении своего народа. Они думают, впрочем, что со времен первого царя Таргитая до вторжения в их землю Дария прошло как раз только 1000 лет. Упомянутые священные золотые предметы скифские цари тщательно охраняли и с благоговением почитали их, принося ежегодно богатые жертвы. Если кто-нибудь на празднике заснет под открытым небом с этим священным золотом, то, по мнению скифов, не проживет и года. Поэтому скифы дают ему столько земли, сколько он может за день объехать на коне. Так как земли у них было много, то Колаксаис разделил ее, по рассказам скифов, на три царства между своими тремя сыновьями. Самым большим он сделал то царство, где хранилось золото»… - Геродот, «Истории» – Книга IV – «Мельпомена». Перевод Г. А. Стратановского, под общей редакцией С. Л. Утченко.

Естественно, что основой для этой, дошедшей благодаря Геродоту из Галикарнаса, замечательной романтической легенды могли послужить реальные события, участниками и свидетелями которых оказались предки «сколотов-паралатов» - царских скифов, живших более двух тысяч лет тому назад в Северном Приазовье - в междуречье Борисфена (Днепра) и Танаиса (Дона). Вероятнее всего, пращурам «сколотов-паралатов» посчастливилось стать свидетелями падения на их землю метеорита. И в соответствии с законами древнего мира, получив таким образом знамение от небесных богов, и начали они поэтому именовать себя царскими скифами, всех прочих скифов объявили себе подвластными, а метеорит и само место падения метеорита стали святынями всего скифского мира, обладание которыми придало их власти над остальными скифами силу законности: «За рекой Герром* идут так называемые царские владения. Живет там самое доблестное и наиболее многочисленное скифское племя. Эти скифы считают прочих скифов себе подвластными. Их область к югу простирается до Таврики [Таврика – нынешний Крым, а в прошлые времена – Таврика Херсонеская. - Прим.], а на восток - до рва, выкопанного потомками слепых рабов, и до гавани у Меотийского озера по имени Кремны.** Другие же части их владений граничат даже с Танаисом»*** - Геродот, «Истории» – Книга IV – «Мельпомена». Перевод Г. А. Стратановского, под общей редакцией С. Л. Утченко.

Самое же удивительное, это то, что метеорит скифского царя Колаксая, освятивший своим падением землю царских скифов и послуживший основой для рождения столь романтического древнего мифа, вероятнее всего, сохранился до наших дней. Его обнаружили в 1843 году в гробнице (кургане) скифского царя вблизи менонитской колонии Шёнфельд в Бердянском уезде Таврической губернии - в Северном Приазовье. Рядом с Каменными Могилами у истоков левого притока реки Берды – Каратыша. На земле, известной со времен Геродота как Царская Скифия. Носит он с тех пор по названию ближайшего от места находки города имя - «Бердянск». В настоящее время этот посланник Небес украшает всемирно известную Метеоритную коллекцию Российской Академии Наук в Москве. Вне всякого сомнения, это самый древний на всей Земле метеорит, падение которого люди наблюдали две с половиной тысяч лет тому назад и сумели сохранить до нашего времени.

«...Скифы почитают только следующих богов. Прежде всего - Гестию, затем Зевса и Гею (Гея у них считается супругой Зевса); после них - Аполлона и Афродиту Небесную, Геракла и Ареса. Этих богов признают все скифы, а так называемые царские скифы приносят жертвы еще и Посейдону. На скифском языке Гестия называется Табити, Зевс (и, по-моему, совершенно правильно) - Папей, Гея - Апи, Аполлон - Гойтосир, Афродита Небесная - Аргимпаса, Посейдон - Фагимасад. У скифов не в обычае воздвигать кумиры, алтари и храмы богам, кроме Ареса...

...Аресу же совершают жертвоприношения следующим образом. В каждой скифской области по округам воздвигнуты такие святилища Аресу: горы хвороста нагромождены одна на другую на пространстве длиной и шириной почти в 3 стадии, в высоту же меньше. Наверху устроена четырехугольная площадка; три стороны ее отвесны, а с четвертой есть доступ. От непогоды сооружение постоянно оседает, и потому приходится ежегодно наваливать сюда по полтораста возов хвороста. На каждом таком холме водружен древний железный меч. Это и есть кумир Ареса. Этому-то мечу ежегодно приносят в жертву коней и рогатый скот, и даже еще больше, чем прочим богам. Из каждой сотни пленников обрекают в жертву одного человека, но не тем способом, как скот, а по иному обряду. Головы пленников сначала окропляют вином, и жертвы закалываются над сосудом. Затем несут кровь на верх кучи хвороста и окропляют ею меч. Кровь они несут наверх, а внизу у святилища совершается такой обряд: у заколотых жертв отрубают правые плечи с руками и бросают их в воздух; затем, после заклания других животных, оканчивают обряд и удаляются. Рука же остается лежать там, где она упала, а труп жертвы лежит отдельно»... - Геродот, «Иcтории» – Книга IV – «Мельпомена». Перевод Г. А. Стратановского, под общей редакцией С. Л. Утченко.
Колаксай – Солнце-Царь

  1. Внук Зевса и Борисфена.
  2. Сын первого человека Таргитая.
  3. Младший из трёх братьев.
  4. Победитель в овладении священным золотым плугом и другими вещами.
  5. Наследник всего отцовского царства.
  6. Хранитель священного золота в обширнейшем царстве.
  7. Он разделил своё царство на три части.
  8. Он воевал с одним из своих братьев (В. Флакк).
Создание и устройство мира по Голубиной книге

Упала с неба книга, и не далась никому, кроме истинного царя-мудреца… Этот мотив русского духовного стиха больше всего напоминает сохраненный Геродотом скифский миф о Колаксаевых дарах. Упали с небес три золотых дара: плуг с ярмом, секира и чаша. Не смогли их взять ни старший сын первочеловека Таргитая Липоксай («Гора-царь»), ни средний — Арпоксай («Глубь-царь»): небесные дары тут же вспыхивали нестерпимым огнем. И лишь младшему — Колаксаю («Солнце-царю») — далось небесное золото. Он и стал первым царем скифов-сколотов.

Сколотский миф неоднократно исследовали индоевропеисты, иранисты, скифологи (особенно велика здесь роль прекрасного знатока религии скифов Д. С. Раевского). Установлено, что три дара символизируют три сословия — производителей, воинов и жрецов. Обладание же ими означает власть надо всем социальным космосом. А три сына Таргитая воплощают не только три сословия, но и три мира: Колаксай — воинов и верхний (небесный) мир, Липоксай — жрецов и средний (земной) мир, Арпоксай — производителей и нижний (подземно-подводный) мир. Огненное же золото — воплощение богини огня Табити, с которой Колаксай вступает в священный брак.

Небесная книга — не простая. Размеры ее огромны: 40x30x10 локтей или саженей. Том величиной с целое здание! Писал ее сам Иисус Христос «на камне». Последнее можно понимать так, что камень служил либо письменным столом, либо писчим материалом.


http://ru-sled.ru/mify-predaniya-skazki-o-proisxoz...



ВЛАДЫКА ИДУН - ВОПЛОЩЕНИЯ

БОГИНЯ ИДУН
дни почитания:
день рождения - 6 ноября (эпоха Рака)
день смерти - 19 сентября

Идунн — в германо-скандинавской мифологии богиня вечной юности, дочь Одина и Хель, супруга Браги, бога поэзии и красноречия. Одна из богинь Асгарда.

Предназначение Богини: энергия жизни, молодость. Богине Идунн принадлежит символ руны Ингуз – энергия созревания, накопления силы и обновления.

Идунн («обновляющая») богиня-хранительница чудесных молодильных яблок. Во всех мифах и сказках мира яблоки являются символами познания добра и зла и символами жизни.

Волшебную яблоню лелеяли и охраняли три мудрые норны. Только богине весны Идунн позволяли они собирать чудесные плоды. Из своего неистощимого ларца Идунн раздавала золотые яблоки, благодаря которым боги сохраняли вечную молодость.

Яблоки Идунн, возвращающие молодость богам, упоминаются уже около 900 года н.э. в скальдической поэме Тьодольва «Хаустлёнг».
Яблоки играют важную символическую роль и в мифах других народов. В кельтской мифологии фигурирует чудесный остров Авалон, на котором растут яблони, приносящие золотые плоды вечной молодости. Как известно большинству оккультистов, если разрезать яблоко поперек, то на срезе будет виден символ пентаграммы. В греческой мифологии Геракл в ходе одного из своих двенадцати подвигов добывает золотые яблоки. Миф об Идунн можно сопоставить с греческим мифом о Коре-Персефоне. Со злом яблоки ассоциируются только в иудейской традиции. Но даже и библейский миф невольно связывает яблоко с познанием не только зла, но и добра. Таким образом, яблоко — символ добра и зла, а также сексуальности как условия продолжения рода, ибо библейская Ева стала зачинать детей лишь после того, как съела яблоко.

Известна легенда о том, как бездетный король гуннов Рери застал однажды свою супругу под деревом, где она молила богов ниспослать ей ребенка. Фригг сжалилась над ними и послала к ним свою вестницу, богиню по имени Гна. Гна бросила на колени королеве яблоко, съев которое, она зачала. От потомков этих короля и королевы пошел род Вёльсунгов.

ЛЕГЕНДА О ПОХИЩЕНИИ ИДУНН

1 часть.
В Асгарде был сад, а в саду которого росло дерево, и на этом дереве зрели золотые яблоки. С каждым ушедшим днем мы делаемся старше и приближаемся к тому времени, когда будем сгорбленными и немощными, седыми и подслеповатыми. Но те, кому выпало счастье каждый день есть золотые яблоки, созревавшие в саду Асгарда, не старели ни на час, потому что яблоки прогоняли старость.

За деревом, на котором спели золотые яблоки, ухаживала богиня Идунн. Дерево не приносило бы плодов, если бы Идунн его не лелеяла. Никто, кроме Идунн, не мог срывать золотые яблоки. Каждое утро она собирала их и складывала в корзину, и каждый день асы и асиньи приходили в ее сад поесть золотых яблок, чтобы оставаться вечно молодыми.

Идунн никогда не покидала своего сада. От зари до зари порхала она вокруг растений или сидела в своих золотых палатах, выходивших окнами в сад, и от зари до зари слушала, как ее муж Браги рассказывает историю, которой не было конца. Но, увы, пришло время, когда Идунн вместе с золотыми яблоками исчезла из Асгарда, и боги и богини почувствовали приближение старости. Случилось это так.

Отец богов Один часто навещал края, где жили люди, чтобы знать, что там творится. Однажды он взял с собой Локи, делателя добра и делателя зла. Долго странствовали они по землям людей и наконец очутились неподалеку от Ётунхейма, страны великанов.

Это была унылая и голая местность. Там не росли даже плодовые деревья, не водились ни птицы, ни звери. Один, Отец богов, и Локи шли по этому пустынному краю, и голод овладел ими. Но вокруг они не видели ничего съедобного.

Локи, обегав все окрестности, наткнулся, наконец, на стадо диких быков. Подкравшись к ним, он изловил молодого бычка и убил его. Затем освежевал и разделал тушу. Развел костер и стал жарить мясо на вертеле. Пока мясо жарилось, Один, Отец богов, сидел чуть поодаль, размышляя над тем, что он видел в мире людей.

Локи суетился вокруг костра, подкладывая сучья в огонь. Наконец он позвал Одина, и Отец богов подошел и сел у огня, чтобы подкрепиться.
Но когда мясо сняли с вертела и Один стал его резать, обнаружилось, что оно еще сырое. Отец богов посмеялся над промашкой Локи, и Локи, огорчившись, что так оплошал, опять подвесил мясо над костром и подбросил сучьев в огонь. Немного погодя он вновь снял мясо с вертела и позвал Одина есть.

Один взял мясо, которое поднес ему Локи, и увидел, что оно совсем сырое, будто и не висело над огнем.
- Это твои штучки, Локи? - спросил он.

Но Локи был вне себя от ярости, и Один понял: это не его штучки. Оголодавший Локи бушевал, изливая злобу на мясо и на огонь. Он опять насадил мясо на вертел и добавил сучьев в костер. Каждый час он снимал мясо, уверенный, что оно прожарилось, и всякий раз Один обнаруживал, что мясо такое же сырое, как тогда, когда они впервые сняли его с огня.

Теперь Один догадался, что мясо заколдовано великанами. Он поднялся и пошел своей дорогой, голодный, но сильный. Однако Локи не захотел оставлять свою добычу. Он заявил, что заставит мясо изжариться и, не насытившись, с этого места не уйдет.

Рассвело, и Локи в который раз стал проверять, не готово ли жаркое. Снимая его с огня, он услышал над головой шум крыльев. Посмотрел вверх и увидел могучего орла, самого большого, какой кода-либо парил в поднебесье. Орел кружил и кружил, пока не оказался над головой Локи.
- Что, никак не можешь состряпать себе еду? - крикнул ему орел.
- Никак не могу, - отвечал Локи.
- Я тебе ее состряпаю, если ты со мной поделишься! - закричал орел.
- Тогда спускайся и берись за дело, - сказал Локи.
Орел стал кругами спускаться к огню. Потом захлопал над ним своими огромными крыльями - пламя взметнулось и ослепительно заполыхало. Страшным жаром пахнуло на Локи, так что у него даже дух захватило. Через минуту Локи снял мясо с вертела и убедился, что оно хорошо прожарилось.
- Моя доля, моя доля, дай мне мою долю, - заклекотал орел.

Он опустился на землю и, сцапав огромный кусок, тут же заглотнул его. Потом сцапал еще кусок. Он заглатывал кусок за куском, явно не намереваясь ни с кем делиться.

Когда орел сожрал последний кусок, Локи не на шутку разъярился. Он схватил вертел, на котором жарилось мясо, и ударил им наглую птицу. Раздался звон, будто удар пришелся по железу. Вертел не обломился, а прирос к груди орла. Орел же вдруг взвился в воздух, и Локи, крепко державший свое оружие, взвился вместе с ним.

Прежде чем Локи понял, что случилось, он был уже высоко-высоко в небе и орел нес его к Ётунхейму, стране великанов. Орел кричал:
- Локи, о Локи, наконец-то я тебя поймал. Это ты хитростью лишил моего брата награды за возведение стены вокруг Асгарда. Но теперь, Локи, ты наконец-то в моей власти. Знай же, тебя похитил великан Тьяцци, о Локи, хитроумнейший из обитателей Асгарда.

Так кричал орел, летя с Локи к Ётунхейму. Они пересекли реку, которая отделяет Ётунхейм от Мидгарда, мира людей. И Локи увидел под собою страшную землю, страну льда и скал. Были там исполинские горы, и освещались они не солнцем и луной, а столбами огня, то и дело вырывавшимися из трещин в земле или из горных вершин.

Орел завис над огромной ледяной горой и вдруг стряхнул со своей груди вертел. Локи упал на лед. Орел закричал ему:
- Теперь ты наконец в моей власти, о ты, хитроумнейший из обитателей Асгарда!

Орел оставил Локи на ледяной горе, а сам скрылся в расселине скалы.

Локи чувствовал себя совсем скверно. Холод стоял мертвящий. Умереть от него Локи не мог, так как был из числа обитателей Асгарда, и подобная кончина ему не грозила. Локи не мог умереть, но ему казалось, что он прикован к ледяной горе цепями стужи.

Через день к нему явился похититель, уже не в образе орла, а в своем собственном обличье великана Тьяцци.
- Хочешь покинуть эту гору, Локи, - спросил он, - и возвратиться в любезный тебе Асгард? Сладка тебе жизнь в Асгарде, хотя ты бог только наполовину. Твоимэ отцом, Локи, был великан Фарбаути.
- О, если бы я мог покинуть эту ледяную гору! - возопил Локи, проливая слезы, которые замерзали у него на щеках.
- Ты сможешь покинуть ее, если согласишься заплатить мне выкуп, - сказал Тьяцци. - Ты достанешь мне золотые яблоки, те, что Идунн хранит в своей корзине.
- Я не могу достать для тебя яблоки Идунн, Тьяцци, - ответил Локи.
- Тогда сиди на ледяной горе,- сказал великан Тьяцци и ушел, оставив Локи один на один с чудовищными ветрами, порывы которых были подобны ударам молота.
Когда Тьяцци пришел опять и завел речь о выкупе, Локи сказал:
- Нет способа отобрать у Идунн золотые яблоки.
- Должен быть какой-то способ, о хитроумный Локи, - возразил великан.
- Хотя Идунн очень бережет золотые яблоки, она простодушна, - сказал Локи. – Может быть, я сумею выманить ее за стену Асгарда. Если она пойдет, то возьмет с собой золотые яблоки, потому что не выпускает их из рук, разве только когда дает их богам и богиням.
- Сделай так, чтобы она вышла за стену Асгарда, - потребовал великан. - Если она выйдет за стену, я отниму у нее яблоки. Поклянись мировым древом, что ты выманишь Идунн за стену Асгарда. Поклянись, что сделаешь это, Локи, и я отпущу тебя.
- Клянусь Иггдрасилем, мировым древом, что выманю Идунн за стену Асгарда, если ты снимешь меня с этой ледяной горы, - сказал Локи.

Тогда Тьяцци превратился в могучего орла, подцепил Локи когтями и полетел с ним через поток, отделяющий Ётунхейм, страну великанов, от Мидгарда, мира людей. Там он опустил Локи наземь, и Локи сам пошел в Асгард.

К тому времени Один уже вернулся и рассказал обитателям Асгарда о том, как Локи пытался изжарить заколдованное мясо. Все посмеялись над тем, что, несмотря на свое хитроумие, Локи остался голодным. И когда он вернулся в Асгард хмурый и изможденный, боги решили, что это от голода, и давай над ним подтрунивать. Однако они отвели его в пиршественную залу, накормили лучшими яствами и напоили вином из кубка Одина. Когда пир окончился, обитатели Асгарда, по своему обыкновению, отправились в сад Идунн.

Там, в золотом чертоге, выходившем окнами в сад, сидела Идунн. Если бы она жила в мире людей, каждый при виде этой асиньи, такой прекрасной и доброй, вспомнил бы о днях собственной невинности. Глаза у нее были голубые, как небо, и улыбалась она так, будто находилась во власти дивных воспоминаний. Корзина с яблоками стояла подле нее.

ЛЕГЕНДА О ПОХИЩЕНИИ ИДУНН

2 часть.
Там, в золотом чертоге, выходившем окнами в сад, сидела Идунн. Если бы она жила в мире людей, каждый при виде этой асиньи, такой прекрасной и доброй, вспомнил бы о днях собственной невинности. Глаза у нее были голубые, как небо, и улыбалась она так, будто находилась во власти дивных воспоминаний. Корзина с яблоками стояла подле нее.

Каждому богу и каждой богине Идунн дала по золотому яблоку. Каждый съел поднесенное ему яблоко, радуясь мысли, что никогда не станет ни днем старше. Затем Один, Отец богов, произнес руны, славящие Идунн, и обитатели Асгарда, покинув ее сад, разошлись по собственным сверкающим чертогам.

Ушли все, кроме Локи. Он сидел в саду, созерцая прекрасную и простодушную Идунн. Вскоре она заговорила с ним.
- Почему ты все еще здесь, о мудрый Локи? - спросила Идунн.
- Чтобы получше рассмотреть твои яблоки, - ответил Локи. .- В одном лесу, на земле, я видел яблоню, на которой растут яблоки еще лучше твоих. Вот я и пришел рассказать тебе об этом.
- Ты ошибаешься, Локи, - удивилась богиня. - Лучших яблок, чем у меня, нет во всем мире.
- Если ты мне не веришь, пойдем со мной, и я отведу тебя к ним, - сказал бог огня. - Да захвати с собой и свои яблоки, чтобы ты смогла сравнить, какие из них лучше.

Не подозревая обмана, Идун сейчас же взяла корзину с яблоками вечной молодости и пошла следом за Локи, который привел ее прямо в лес, где их поджидал Тиаци. Едва лишь юная богиня дошла до опушки, как грозный орел налетел на нее и унес вместе с ее корзиной. Орел уносил её прочь от Асгарда, все дальше и дальше, над долинами Мидгарда, где жили люди, по направлению к скалам и снегам Ётунхейма. Через реку, которая отделяет мир людей от страны великанов, несли Идунн. Наконец орел влетел в расщелину скалы, и Идунн очутилась в огромной пещере, освещенной столбами пламени, вырывавшимися из-под земли.

Орел разжал когти, и Идунн опустилась на пол пещеры. Крылья и перья спали с ее похитителя, и она увидела, что это ужасный великан.
- О, зачем ты забрал меня из Асгарда и принес сюда? - запричитала Идунн.
- Чтобы отведать твоих золотых яблок, Идунн, - сказал великан Тьяцци.
- Этого не будет, потому что я не дам их тебе, - сказала Идунн.
- Дай мне попробовать яблок, и я отнесу тебя назад в Асгард.
- Нет, нет, это невозможно. Мне доверили золотые яблоки, чтобы я кормила ими только богов.
- Тогда я отниму у тебя яблоки! - взревел великан Тьяцци.

Он вырвал из ее рук корзину и открыл, но едва дотронулся до яблок, они тотчас сморщились. Тогда он вернул корзину Идунн, ибо теперь понял, что не будет ему никакой пользы от яблок, если она не подаст их своими руками.
- Я не отпущу тебя, пока не получу из твоих рук золотых яблок, - сказал он ей.

Тут бедная Идунн испугалась; все пугало ее - и странная пещера, и огонь, то и дело вырывавшийся из земли, и ужасный великан. Но больше всего ее пугала мысль о беде, которая постигнет обитателей Асгарда, если не будет у них золотых яблок Идунн.

Великан опять пришел к ней. И опять Идунн отказалась дать ему золотых яблок. Так продолжалось изо дня в день: великан являлся в пещеру и донимал бедняжку своими требованиями. И все больше и больше овладевал ею страх, когда она представляла себе, как обитатели Асгарда приходят в ее сад - приходят и, не получая золотых яблок, чувствуют и видят перемену, происходящую и в них самих, и в окружающих.

И действительно, все было так, как представляла себе Идунн. Каждое утро обитатели Асгарда приходили в ее сад - Один и Тор, Хёд и Бальдр, Тюр и Хеймдалль, Видар и Вали, а с ними Фригт, Фрейя, Нанна и Сив. Но некому было срывать яблоки с дерева. И перемена стала происходить в асах и асинях.

Их походка утратила легкость, спины согнулись, глаза больше не искрились, точно капли росы. И когда они смотрели друг на друга, то замечали эту перемену. Старость подступала к обитателям Асгарда.

Они знали, придет время, когда Фригг поседеет и одряхлеет, когда золотые волосы Сив потускнеют, когда Один утратит свой ясный ум, а у Тора не хватит сил поднимать и метать свои громовые стрелы. Опечалились обитатели Асгарда, и казалось им, что свет покинул их сияющий город.

Где Идунн, чьи яблоки вернут асам молодость, силу и красоту? Боги обыскали весь мир людей, но не обнаружили даже ее следа. И вот Один, порывшись в сокровищнице своей мудрости, нашел способ узнать, где спрятана Идунн.

Он призвал двух своих воронов, Хугина и Мунина, двух воронов, которые излетали все небо над землей и над страной великанов и знали все, что было, и все, что будет. Он призвал Хугина и Муни-на, и они явились и, опустившись один на левое, а другой на правое его плечо, открыли ему страшные тайны: поведали о Тьяцци и его желании заполучить золотые яблоки, которые вкушали обитатели Асгарда, и о том, как Локи обманул Идунн, прекрасную и простодушную.

Все, что Один узнал от воронов, он рассказал на Совете богов. Тогда богатырь Тор отправился к Локи и скрутил его. Оказавшись в руках могучего бога, Локи прохрипел:
- Что ты хочешь со мной сделать, о Тор?
- Я сброшу тебя в бездонную пропасть и поражу громом! – взревел могучий бог. – Это ты подстроил, чтобы Идунн вышла из Асгарда!
- Постой, - остановил его Один. - Смерть Локки нам не поможет. Пусть лучше он загладит свою вину и отнимет у Тиаци Идун. Он ведь так хитер, что сможет это сделать лучше любого из нас. Я и сам уже давно бы это сделал, - возразил Локи, - если бы знал, как добраться до замка Тиаци. Ведь у меня нет такой колесницы, как у Тора.
- Послушай, Локи, - сказала Фрейя, до этого молча сидевшая на своем месте, - ты знаешь, что у меня есть волшебное соколиное оперенье, надев которое я летаю быстрее ветра. Я могу одолжить его тебе на время. Только верни нам поскорее нашу Идун.
Локи с радостью выслушал слова богини любви и на другой день утром, превратившись с ее помощью в огромного сокола, полетел на север.

Блестящий ледяной замок властелина северных бурь стоял на самом берегу Нифльхейма, меж двух высоких, покрытых вечным снегом гор. Подлетая к нему, Локи увидел в море Тиаци и его дочь Скади. Они сидели в лодке и удили рыбу и даже не заметили стремительно пронесшегося над их головами бога огня. Торопясь унести Идун прежде, чем великан вернется домой, Локи влетел прямо в открытое окно замка. Около него, печально глядя на запад, в сторону Асгарда, сидела богиня вечной юности и, держа на коленях корзину со своими яблоками, тихо плакала.
- Скорей, Идун! - крикнул Локи богине, которая, не узнав его, испуганно вскочила. - Мы должны бежать, пока Тиаци ловит рыбу. - Собирайся в путь.
- Ах это ты, Локи! - воскликнула обрадованная Идун. - Но как же ты унесешь и меня и мою корзину?
- Ты дерзки ее, а я буду держать тебя, - предложил бог огня.
- Нет, Локи, - возразила Идун. - Тебе тяжело будет лететь, и Тиаци сможет нас догнать... Постой, постой, я придумала! - вдруг рассмеялась она. – Ты не знаешь, что, если я захочу, я могу превратиться в орех.
- Смотри, смотри, отец! - воскликнула Скади, показывая великану на бога огня. - Из окна нашего замка вылетел сокол, и у него в когтях корзина.
- Это кто-нибудь из Асов, - скрежеща зубами, ответил повелитель зимних бурь. - Он уносит яблоки Идун. Но не бойся, ему не удастся уйти от меня!

И тут же, превратившись в орла, он пустился в погоню за Локи.
Стоя на стене Асгарда, Хеймдалль еще издали заметил их обоих.
- Локи летит назад! - крикнул он окружающим его Асам. - Он несет яблоки, а за ним гонится исполинский черный орел.
- Это Тиаци, - сказал Один. - Скажи, кто из них летит быстрее?
- Локи летит очень быстро, - ответил Хеймдалль. - Но великан его все же догоняет.
- Скорей, - приказал Один богам, - разложите на стене Асгарда костер, да побольше!

Асы не поняли, что задумал мудрейший из них, однако быстро исполнили его приказание, и вскоре на стене Асгарда запылал огромный костер.

Теперь уже не только Хеймдалль, но и остальные боги увидели быстро приближающегося к ним Локи и догоняющего его Тиаци. Казалось, великан вот-вот схватит бога огня, но тот, увидев впереди себя грозно бушующее пламя, собрал все свои силы и стрелой пролетел сквозь него.

Мудрый Один хорошо придумал. Огонь не тронул своего повелителя, но, когда Тиаци хотел последовать за Локи, пламя охватило его со всех сторон, и великан сгорел, как пук соломы.
- Я вижу, ты принес только яблоки. Где же та, кому они принадлежат? - спросил Один у бога огня, когда тот, опустившись среди Асов, скинул с себя соколиное оперенье.

Вместо ответа Локи достал из корзины орех, бросил его на землю, и перед Одином сейчас же появилась Идун.
- Простите Локи, - сказала она. - Правда, он виноват, что меня похитили, но зато он же меня и спас.
- Мы уже и так простили его, - отвечал владыка мира. - Он не только вернул нам тебя, но из-за него, погиб и наш злейший враг, великан Тиаци.

ВИСА ИДУНН
(читается трижды)
О, Прекрасная Хранительница Вечной юности и Бессмертья,
Вечно цветущая и нежно - юная Идунн!
Возлюбленная дочь Ивальди и верная спутница Браги!
Тебе эту вису дарю, о Идунн!
В твоих нежных перстах величайшая сила-
Сила вечной молодости, здоровья, красоты.
Ты, О Прекрасная, Богов Асгарда хранящая!
Даруй мне молодость, прикосновеньем твоей теплоты!
Пусть тело мое станет телом юной девы!
Избавь меня от морщин и немощи, Надели очарованьем юности, обнови мое тело.
Прекрасных глаз твоих блеском мне свой взор подари!
Благодарю!
ВЛАДЫКА МАКОШЬ - ВОПЛОЩЕНИЯ
БОГИНЯ МАКОШЬ
Дни почитания:
день рождения - 30 октября
день смерти - 23 июля


Макоша — богиня-мать, ведающая судьбой людей и богов. Макоша прядет полотно мироздания, и связывает воедино жизнь прожитую и деяния совершённые.

...В небе водят хороводы звёзды озорницы, а матушка Макоша знай плетёт своё полотно и поёт о том, о чём журчат речки в раздолье да шепчут ветра дикие в горах. Слышит матушка как бьётся сердце детей её смертных и по небесам ходящих, как дышат леса, и стонет земля сырая. Слышит да улыбается про себя безмолвно, полотно своё поправляя.
И ведь не простое рукоделие её. Каждая ниточка, даже самая тонкая чья-то жизнь, и узоры разные у матушки Макоши, потому как судьбы тоже разные. И вплетает она каждую душу рождённую, и каждой рисует путь только ей предназначенный.
Макоша помнит, как рождала она землю и богов всех, как люди первые шаги по земле делали, как леса только зеленеть начинали, а горы в небеса тянуться. И ведает она что ждёт сотворённых ею и Родом великим. Да только молчит о том матушка, потому как не пристало знать детям её наперёд, кому что уготовано. Пусть живут они сами и в горе своём и счастье будут свободны.
Песнь матушки землю убаюкивает и покой приносит миру. Пусть спят дети её, а Макоша пока полотно своё украсит новыми узорами-судьбами...

СИМВОЛЫ БОГИНИ
Издревле символами и вестниками богини считали насекомые, точнее пчёлы, муравьи и пауки. Пчелы выступают в роли вестников богини, так как они труженики и подобны в труде своём крестьянам, что в поте лица своего на земле трудятся. Если в дом залетала пчела, то её нельзя было убивать, считалось, что это отпугнёт удачу. Пчёл ловили и выпускали на волю, или заворачивали их сначала бережно в платок, чтобы пчела в нём немного прожужжала и отпускали после, а платок хранили как оберег Макоши.
Пауки-прядильщики судеб. С появлением в доме паука, его нельзя было убивать, дабы не прогневать Макошу. Паук считался вестником приближения самой богини или какого-нибудь очень важного события, которое обязательно было связанно с Макошью.
Муравьи и вовсе были и тружениками, и целителями. Издревле славяне верили, что если позволить муравьям покусать свою руку, то это может излечить бесплодие.

Символом Макоши так же считается дерево ель. Ель вечно зелёная, словно олицетворение жизни. Стоит вспомнить, тот факт, что капища бога Велеса строились на перекрёстке трёх дорог в близости елей. Это ещё одна отсылка к родству этих двух богов, но дело вовсе не в том, что Макошь была женой Велеса, как многие ошибочно считают, а возможно выходила в роли его матери в лице коровы Зимун, породившей его.

Самый известный знак Богини Макошь – Родовик, свастика противосолонь. Вращающийся оберег Макошь напоминает о постоянном перерождении душ людей, о связи человеческих судеб.

Знак Богини Макошь более всего любим женщинами, хотя носят его и мужчины. Оберег Макоши помогает развить интуицию и способности к магии, научиться чувствовать сплетение судеб в едином узоре. Защищает покровительство Макоши и от злого умысла, оговоров, злых чар.

Несмотря в верование во всемогущество богини Макоши, как великой прядильщицы, древние славяне, однако верили, что длина нити их жизни зависит от богини, а всё остальное от них. Стоит уточнит, что человек сам определял, как ему жить и поступать, пойти ли по дороге худа иль добра. То есть и человек тоже участвовал и прял свою судьбу и кружево каждого своего дня, а Доля и Недоля определяли, каковы будут последствия для человека, в зависимости от сделанного им выбора.

У древних славян волхвы назывались наузниками, и если кто-то хотел провести обряд, который бы изменил его жизнь, то волхвы проводили специальный обряд, при котором они плели верёвочный науз. Вообще человек ежедневно решал свою судьбу и делал выбор, а старину слово сутки и соткать произносились приблизительно одинаково, вот отсюда и пошло верование, что жизнь каждого человека и всего прочего — это всего лишь ниточка в божественном полотне матушки Макоши.

СЛАВЛЕНИЕ БОГИНИ -http://baymakova24.ru/slavyanoarii#rec96004821


ВЛАДЫКА ВЕНЕРА - ВОПЛОЩЕНИЯ
БОГИНЯ ВЕНЕРА
Венера – римская богиня любви. Богиня любви, секса и красоты. Она утренняя и вечерняя звезда, дочь моря. Венера рассеивает проблемы и суету, награждая верных поклонников ее культа счастьем и радостью. Она покровительствует жрицам любви и исцеляет сексуальные проблемы как на умственном, так и на физическом уровне.

ГИМНЫ ВЕНЕРЕ - http://baymakova24.ru/rimbogi#rec122901402


ВЛАДЫКА СКАДИ - ВОПЛОЩЕНИЯ
БОГИНЯ СКАДИ
дни почитания:
день рождения - 30 ноября
день смерти - 26 июня

Род Тьяцци. Скади.
Скади (Skaði) – богиня зимы и охоты, диса-лыжница.
В поэмах Скади называют «сияющей ( мудрой) невестой богов».

Ее атрибуты — лук и лыжи, часто Скади изображается с волками, так как жиет в Трюмхейме, среди воя волков. Она упоминается в нескольких песнях «Старшей Эдды» («Речи Гримнира», «Поездка Скирнира», «Перебранка Локи», «Песнь о Хюндле»), в «Младшей Эдде» и в «Саге об Инглингах».
Скади — асинья, но по происхождению — инеистая великанша. Ее дедом был великан Эльвальди (Ölvaldi), о котором Браги «мог бы поведать немало примечательного» и который славился своим богатством. После его смерти три брата — Тьяцци (Þjazi), Иди (Iði) и Ганг (Gangr) — делили наследство, набирая полные рты золота, поэтому в поэзии оно зовется «речью, либо словом, либо счетом тех великанов».
Отцом Скади был Тьяцци. Однажды Один, Хёнир и Локи не смогли зажарить быка, поскольку Тьяцци в обличьи орла не давал мясу изжариться. Тьяцци потребовал себе долю быка, а когда он принялся за еду, Локи ударил его палкой. Палка прилипла к орлу и рукам Локи, орел взлетел и не выпускал Локи, пока тот не согласился отдать великану богиню Идунн с ее яблоками. Локи дважды похитил богиню — один раз для великана, а второй раз от него по требованию асов. Локи принял обличье сокола, а Идунн превратил в орех и понес в когтях в Асгард. Тьяцци же, вернувшись с моря, погнался за ними в орлином облике. На подлете к Асгарду асы сложили костер и зажгли его, как только Локи перелетел через стену. Тьяцци опалил крылья, упал и был убит асами. Тор в «Песне о Харбарде» похваляется, что забросил глаза Тьяцци на небо и сделал звездами в память об этом, но в «Младшей Эдде» это делает Один в знак перемирия со Скади.
После этого Скади надела шлем и кольчугу, взяла оружие и пошла мстить за отца. Асы предложили ей выкуп — мужа. Она поставила невыполнимое, по ее мнению, условие мира: чтобы асы рассмешили ее. Это удалось сделать Локи — он привязал один конец веревки к своей мошонке, а другой к козлиной бороде, и оба кричали, перетягивая веревку. В конце концов Локи повалился Скади на колени, и она рассмеялась. Выбирать мужа предстояло, видя только ноги женихов. Она указала на ноги одного из асов и произнесла: «Вот, кого я выбираю; едва ли что некрасиво у Бальдра!» Но Скади ошиблась и выбрала ноги Ньёрда.
На пиру у Эгира Скади была вместе с мужем. Она вступила в перепалку с Локи, предрекая ему узы из кишок его сына. Тогда Локи открыл, что он был виновен в смерти Тьяцци, и Скади ответила, что отныне в ее доме ему будут готовить гибель (в оригинале «frá mínum véum ok vöngum skulu þér æ köld ráð koma» - в святилищах и лугах окажут холодный прием). Присутствуя при связывании Локи, Скади вешает над его лицом ядовитую змею.
Отношения с Ньёрдом не сложились у богини: она хотела жить в доме отца, в Трюмхейме, а Ньёрд на побережье в Ноатуне. Проведя по девять дней в обоих владениях, Скади и Ньёрд расстались, и она вернулась в Трюмхейм. Скади приходится мачехой, согласно «Старшей Эдде» и «Саге об Инглингах», Фрейру и Фрейе, либо, по «Младшей Эдде», матерью им. Увидев, что Фрейр опечален из-за любви, Скади послала к нему слугу по имени Скирнир, и тот помог Фрейру жениться на Герд.
«Сага об Инглингах» рассказывает, что после расставания с Ньёрдом Скади вышла замуж за Одина и родила ему много сыновей. Одного из сыновей звали Сэминг, и к нему возводил свой род ярл Хакон Могучий, правивший Норвегией как вассал датского короля Харальда Синезубого.


ВЛАДЫКА ПАНДИЯ - ВОПЛОЩЕНИЯ
АКИЛИНА СТАРШАЯ, БИБЛОССКАЯ
Память совершается 26 июня


МОЛИТВА О ЗАЩИТЕ ОТ РАННЕЙ СМЕРТИ
Читается в течение 40дней

Де́вства твоего́ добро́тами предочи́стивши ду́шу твою́, на высоту́ муче́нием востекла́ еси́, Акили́но всечестна́я, любо́вию Жениха́ твоего́ Христа́ уязви́вшися, Ему́же со А́нгелы предстои́ши, веселя́щися, с ни́миже не преста́й моля́ся о всех нас.

ЖИТИЕ МУЧЕНИЦЫ АКИЛИНЫ СТАРШЕЙ, БИБЛОССКОЙ

Свя­тая му­че­ни­ца Аки­ли­на, уро­жен­ка фини­кий­ско­го го­ро­да Биб­ла, по­стра­да­ла при им­пе­ра­то­ре Дио­кли­ти­ане (284–305). Ро­ди­те­ли вос­пи­та­ли ее в хри­сти­ан­ском бла­го­че­стии. Ко­гда де­воч­ке бы­ло все­го 12 лет, Аки­ли­на убеж­да­ла сверст­ниц-языч­ниц об­ра­тить­ся ко Хри­сту. Один из слуг цар­ско­го на­мест­ни­ка Во­лу­си­а­на до­нес, что она учит сво­их сверст­ниц не по­чи­тать ре­ли­гию от­цов. Свя­тая от­ро­ко­ви­ца твер­до ис­по­ве­да­ла пе­ред на­мест­ни­ком свою ве­ру во Хри­ста и ска­за­ла, что не от­ре­чет­ся от Него. Во­лу­си­ан пы­тал­ся уго­во­ра­ми и лас­кой по­вли­ять на юную ис­по­вед­ни­цу, но, ви­дя ее твер­дость, ве­лел пре­дать ис­тя­за­ни­ям. Свя­тую Аки­ли­ну би­ли по ли­цу, а по­том, об­на­жив, би­че­ва­ли. Из­де­ва­ясь, му­чи­тель спра­ши­вал: «Где же твой Бог? Пусть при­дет и от­ни­мет те­бя из мо­их рук». Свя­тая от­ве­ча­ла: «Гос­подь неви­ди­мо со мною, и чем боль­ше я стра­даю, тем боль­ше Он да­ет мне сил и тер­пе­ния».

Рас­ка­лен­ны­ми пру­тья­ми му­че­ни­це через уши про­свер­ли­ли го­ло­ву. Свя­тая му­че­ни­ца упа­ла за­мерт­во. Му­чи­тель ре­шил, что де­воч­ка дей­стви­тель­но скон­ча­лась, и при­ка­зал вы­бро­сить ее те­ло на съе­де­ние псам за го­ро­дом. Но­чью свя­той Аки­лине явил­ся Ан­гел, кос­нул­ся ее и ска­зал: «Встань и будь здо­ро­ва. Иди и об­ли­чи Во­лу­си­а­на, ибо как он сам, так и на­ме­ре­ния его ни­чтож­ны пред Бо­гом». Му­че­ни­ца, вос­сы­лая хва­лу Бо­гу, под­ня­лась невре­ди­мой, по­шла к двор­цу на­мест­ни­ка и пред­ста­ла пе­ред Во­лу­си­а­ном. Уви­дев свя­тую Аки­ли­ну, Во­лу­си­ан в ис­пу­ге по­звал слуг и ве­лел сто­ро­жить её до утра. Утром он вы­нес свя­той Аки­лине смерт­ный при­го­вор как вол­шеб­ни­це, не по­ви­но­вав­шей­ся цар­ским ука­зам. Ко­гда свя­тую ве­ли на казнь, она мо­ли­лась и бла­го­да­ри­ла Бо­га, удо­сто­ив­ше­го ее по­стра­дать за Его Свя­тое Имя. В от­вет на мо­лит­ву по­слы­шал­ся глас, при­зы­вав­ший ее в Небес­ные оби­те­ли, и вслед за тем му­че­ни­ца пре­да­ла дух свой Бо­гу († 293). Па­лач бо­ял­ся на­ру­шить при­ка­за­ние пра­ви­те­ля, и уже скон­чав­шей­ся от­сек ей го­ло­ву. Хри­сти­ане с че­стью по­греб­ли те­ло му­че­ни­цы. Позд­нее ее мо­щи бы­ли пе­ре­не­се­ны в Кон­стан­ти­но­поль и по­ло­же­ны в со­здан­ном в ее честь хра­ме.


ТИТАНЫ. ИСТОРИЯ
СИМБИРСКИЕ СВЯТЫЕ
3 июня - день почитание СИМБИРСКИХ СВЯТЫХ (СОБОР)

Алекса́ндр Гневушев, сщмч.
Алекса́ндр Телемаков, сщмч.
Андре́й Симбирский (Огородников), блж.
Гаврии́л Мелекесский (Игошкин), исп.
Екатерина Декалина, прмц.
Иоа́нн Ильинский, сщмч.
Неофи́т Любимов, сщмч.
Никола́й Покровский, сщмч.

МОЛИТВА ПРОШЕНИЕ ЗА СВЯТЫХ
"Великий Творец, Бог. Каждый предстанет пред очами Твоими в назначенный час. Молим Тебя, Отче, помилуй души усопших братьев наших (имена). Даруй им милость свою, как прощаешь грехи раскаивавшимся искренне. Избавь их от мучений, прости и помилуй их невольные грехи. Как чада просят прощения у родителей своих, так и мы молим тебя за них о прощении. Направь их Путем Света, и дай им место в чертогах твоих. Аминь!"

Made on
Tilda